Впервые за последние двадцать лет правительство серьезно озаботилось судьбой Сибири и Дальнего Востока. Регионы ожидают социальные и экономические улучшения. Пойдут ли планы правительства на пользу региону? Что предлагают программы развития? Насколько они реалистичны? Как оценивают их жители региона?
20 лет по инерции — полет все глубже
Пик развития Сибири отмечен в 60-80-е годы прошлого столетия. «С 1960 по 1986 гг. доля территории к востоку от Урала в общем объеме советского валового продукта выросла с 12,3 до 18,2%, а средние темпы роста экономики в регионе достигали 5,1–6,5% в год. За тот же период в Сибири построены тысячи километров железных и автодорог; начался приток населения. За 1959–1989 гг. население Западной Сибири увеличилось на треть, Восточной Сибири – на 42%, в России в целом – на 25%.» Были созданы Сибирское и Дальневосточное отделения АН СССР, множество научных центров. Однако главными отраслями экономики региона оставались добыча полезных ископаемых, тяжелая и оборонная промышленность. «В 1986 г. доля тяжелой промышленности в региональном валовом продукте превышала 30%, а доля добычи полезных ископаемых – 20%. До 85% всех сибирских предприятий были включены в масштабные цепочки разделения труда и критически зависели от смежников, располагавшихся в европейской части РСФСР или других союзных республиках».
После распада Союза и перехода к рыночной экономике регион фактически был оставлен на произвол судьбы. Итогом стала деиндустриализация и развал инфраструктуры. «Остановились или оказались близки к остановке многие крупные промышленные предприятия, в их числе Красноярский завод тяжелого машиностроения, Красноярский телевизорный завод, Красноярский целлюлозно-бумажный комбинат, Красноярский завод медпрепаратов, Красноярский завод комбайнов, ряд крупных оборонных предприятий Бийска и Рубцовска на Алтае, Рубцовский тракторный завод, Алтайсельмаш и другие. Изменилась даже структура сырьевой отрасли: «рентабельной оказалась лишь продукция, прямо шедшая на внешний рынок; с каждым годом доля экспорта в общем производстве полезных ископаемых устойчиво росла. Строительство дорог и инженерных сооружений почти прекратилось, советские дороги и мосты начали приходить в упадок, грузооборот железнодорожного транспорта в Сибирском федеральном округе с 1990 по 2000 гг. упал в 1,72 раза, в Дальневосточном – в 2,65 раза, пассажирооборот воздушного транспорта – более чем в 4 раза. С 1990 по 2009 гг. в Красноярском крае число действующих аэродромов (площадок) сократилось с 200 до 108, в Хабаровском – с 60 до 25, в Томской области – с 67 до 16. Пассажирооборот воздушных судов, обслуживающих местные перевозки вместимостью 15–19 мест, снизился в 40 раз по сравнению с 1990 г., парк воздушных судов вместимостью 12 мест – почти в 60 раз».
Освоенные территории стремительно «съеживаются»: пустеют поселки, зарастают земли – вся жизнь концентрируется в немногочисленных центрах — где есть работа и более-менее поддерживается инфраструктура. По сравнению с 2002 г., доля населения, проживающего в городах с числом жителей 100 тыс. человек и выше, к 2010 году увеличилась в Сибирском федеральном округе на 1,3% и превысила 65% (из них 71% жителей были сосредоточены в городах с численностью населения 500 тыс. человек, в 2002-м – 57%).
Изношенный жилой фонд и коммуникации, зашкаливающий срок службы самолетов, судов и другого транспорта, аварийные участки дорог, работающие на пределе возможностей и мощностей элементы энергоснабжения — все это давно вошло в повседневный быт сибиряков и жителей Дальнего Востока и грозит новыми техногенными катастрофами.
Россиян за Уралом становится все меньше
За двадцать лет, прошедшие после распада Союза, общее население Сибири и Дальнего Востока сократилось на 3,57 млн человек, при этом больше всего опустел Дальний Восток - на 1,7 млн человек. Если Россия в целом с 1989-го по 2010 год потеряла 3,5% населения, то СФО — 8,6%, а ДФО и вовсе 20%. Сильнее всего опустели Магаданская область — где население сократилось более чем в два раза (с 392 до 157 тыс. человек) — и Чукотка, где жителей стало меньше в три с лишним раза (со 164 до 51 тыс. человек).
«Чемоданные настроения» сохраняются за Уралом и сегодня. По результатам опроса, проведенного ВЦИОМ в апреле-мае 2012 года, 40% жителей Сибири и Дальнего Востока хотят уехать. Причины вполне объективны: состояние ЖКХ (44% опрошенных), алкоголизм и наркомания (38%), состояние дорог (33%), коррупция в органах власти (29%) и большое число иммигрантов (22%). Но главный негативный фактор, который отмечает почти половина сибиряков и дальневосточников, — относительная дороговизна жизни. Высокие цены на продукты питания, промтовары, энергоносители (в основном за счет больших транспортных издержек и сурового климата) больше не компенсируются повышенными, как было в СССР, зарплатами.
Сибирский округ занимает последнее место среди других федеральных округов по среднедушевым денежным доходам населения, а Дальневосточный — хоть и третье, но здесь же и самые высокие прожиточные минимумы. Пять из одиннадцати регионов России с отрицательным ростом реальных доходов населения в 2011 году — сибирские и дальневосточные. При этом Сибирскому и Дальневосточному федеральным округам принадлежат 1-е и 3-е места в России по числу преступлений на 100 тысяч жителей. Резко увеличилась в регионе смертность по социальным причинам. В 1990 г. этот показатель (также в расчете на 100 тысяч жителей) составлял 110,9% от среднероссийских цифр, в 2010 г. - 135,2% (самый высокий рост зафиксирован в Сибирском федеральном округе – с 117,1% до 159,7%).
Дело не только в бытовом комфорте, но и в общей атмосфере. Из региона уезжают и вполне успешные предприниматели — в Москву, Китай, Европу, Америку. «У меня вообще есть устойчивое ощущение какой-то временности местной жизни, - признается Александр Гельманов, генеральный директор компании «Синтез-Н» (ИТ-сектор, одна из крупнейших компаний отрасли в Красноярске). - И власть ведет себя как временщики, и люди ведут себя так, словно при любой возможности готовы отсюда уехать. Во всяком случае, когда я встречаюсь с коллегами-предпринимателями, тема отъезда поднимается довольно часто. Это неправильно».
Что предлагает правительство?
В мае 2012 года было создано Министерство по развитию Дальнего Востока. Оно должно представить комплексную программу по развитию региона и осуществлять, так сказать, общее руководство по реализации всех целевых программ в регионе. Воплощать же в жизнь эти программы предлагается некоей госкорпорации. О том, какую структуру и финансирование она будет иметь, споры продолжаются уже почти год.
В докладе Минэкономразвития, представленном в феврале 2013 г., предлагается создать Автономную некоммерческую организацию (АНО) «Государственная компания развития Сибири и Дальнего Востока» (в докладе название заботливо переведено на английский: non-profit organization «State Company for Development of Siberia and the Far East»). Ее головной офис должен находиться во Владивостоке, а генерального директора и его заместителей будет напрямую назначать президент России. Новая структура, по замыслу, будет находиться под прямым управлением главы государства, и ни перед кем, кроме него, не отчитываться. При этом, согласно действующему законодательству, учредители АНО не несут ответственности по обязательствам такой структуры.
Этой конторе предлагается «отписать» полстраны — точнее, 12 обширных регионов: Бурятия, Якутия, Забайкальский, Камчатский, Приморский и Хабаровский края, Амурская, Иркутская, Магаданская, Сахалинская и Еврейская автономная области, а также Чукотский автономный округ. Госкомпания получит без конкурсных процедур право пользования всеми недрами на этой территории. Это право она сможет вносить в капитал образованных ОАО. Кроме того, ей будут предоставлены полномочия по распоряжению средствами региональных ФЦП ("Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Байкальского региона до 2018 года", 540 млрд рублей, и "Социально-экономическое развитие Курильских островов на 2007-1015 годы", 5,6 млрд рублей с 2013 года) и объектами федеральной, региональной и муниципальной собственности. Последние станут имущественным взносом РФ в комплекте с прямым финансированием (постановкой на баланс соответствующего органа власти). Также в распоряжении госкомпании могут оказаться и коммерческие объекты, в капитал которых она сможет входить за бюджетный счет. Еще одним источником финансирования будет «управление средствами фонда национального благосостояния» (ФНБ). «Доходы от управления средствами ФНБ поступают в уставный фонд АНО «Госкомпания», - указывается в докладе.
Госкомпания будет отвечать за достижение показателей Стратегии социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона до 2025 г., участвовать в государственных и частно-государственных проектах и программах и выступать заказчиком от лица государства, оказывать содействие в подготовке, финансировании и реализации проектов и внешнеторговых контрактов российских экспортеров. Кроме того, она должна будет оказывать инвесторам ряд услуг, включая «подготовку документации по планировке территории» для приоритетных инвестпроектов и ее согласование с органами власти. Так, предлагается разрешить прохождение экспертизы проектной документации «в любом органе независимо от расположения объекта» и не более чем за один месяц, а экологической экспертизы — не более чем за пять дней.
Инвестор получает право пользоваться землей в течение 50 лет по умолчанию. При этом собственник земли права собственности не лишается, но он не может чинить препятствия инвесторам в доступе к этому участку. Решение о том, пускать ли на землю инвестора будет принимать не сам ее собственник, а местная администрация по заявлению инвестора. Собственник заключает с инвестором договор и получает деньги за пользование землей строго по рыночной стоимости – 5 % от цены участка. Государство предоставляет свои участки за 2 недели без торгов.
Госкомпания сможет открывать свои филиалы и представительства по всей стране и за рубежом, а также отправлять своих сотрудников на работу в иностранных государствах в составе дипмиссии (расходы лягут на плечи посольств и консульств).
Иностранцы смогут получать высшее и среднее профессиональное образование на Дальнем Востоке, а после получить вид на жительство. Через три года работы и проживания приезжему дадут гражданство. Россиянам, которые переедут на Дальний Восток на ПМЖ, будет предоставлена компенсация за билеты к месту переезда и «подъемные» в зависимости от региона.
Госкомпания подлежит ликвидации через 25 лет после ее создания, а ее имущество будет возвращено в бюджет. Какая именно форма — госкорпорация или госкомпания — будет выбрана для новой структуры, пока не определено.
Есть вопросы
В связи с этим предложением возникает сразу несколько вопросов. Во-первых, зачем вообще создавать эту госкорпорацию? Почему все бюрократические, управленческие и организационные вопросы не может решить уже существующее Минвостокразвития? Там нет грамотных экономистов, которые оценили бы приоритетность и окупаемость проектов? Нет грамотных управленцев, которые наладили бы необходимые контакты? Тогда чем же занимаются работники министерства и за что получают зарплату? Объяснения чиновников «Министерство как орган государственной власти и управления не может вступать в непосредственные юридически обязывающие отношения со многими своими партнерами. Это должна сделать корпорация», звучат как-то невразумительно.
Второй вопрос — действительно ли сосредоточение столь огромных ресурсов в собственности новой структуры и предоставление ей столь широких полномочий послужат для развития региона? Опыты с госкорпорациями правительство проводит уже более десяти лет. Есть ли хоть один убедительный пример их успешной деятельности? Где результаты? Между тем, согласно действующему законодательству, имущество, переданное госкорпорации (ГК) Российской Федерацией, перестает быть государственной собственностью и становится собственностью ГК. Тем самым, контроль за собственностью ГК выведен из под надзора Счётной палаты РФ. При этом ГК не отвечает по обязательствам Российской Федерации, а Российская Федерация не отвечает по обязательствам ГК.
Новой структуре предоставляются огромные полномочия, но при этом на нее не возлагается никаких конкретных обязательств по развитию территории. Что помешает свежесозданной госкомпании использовать эти полномочия для скорейшего извлечения выгоды, отложив развитие на потом? Судя по предложениям Минэкономразвития, именно таков наиболее вероятный вектор деятельности новой ГК. При этом региональные власти, судя по всему, никоим образом не смогут вмешиваться в ее работу.
Как утверждается, госкорпорация будет отвечать за достижение показателей Стратегии социально-экономического развития Дальнего Востока и Байкальского региона до 2025 г. А если они все же не будут достигнуты? П