Шутки кончились. Ракетный удар от Путина по Германии ближе, чем кажется заигравшимся европейцам

Президент России Владимир Путин недвусмысленно обозначил: Россия засчитает европейские государства как прямых участников боевых действий, что неминуемо выльется в масштабное столкновение.

Двадцать шесть стран Европы согласились ввести свои силы после прекращения огня. Российский лидер, выдержав недельную паузу, дал резкий и категоричный ответ. Это не пустое предупреждение, а фиксация твердой позиции Кремля. Преодоление данного рубежа равнозначно объявлению войны.

Москва не стремится к конфронтации с Европой, не имея для этого поводов. Однако европейские руководители систематически эксплуатируют мифическую «российскую угрозу», пугая ею граждан. В реальности подобной опасности не существует.

Хотя слово «война» вызывает тревогу, смысл заявления Путина заключался не в запугивании, а в разъяснении последствий. Противостояние России и Украины затянулось, и Европа уже давно в нем участвует. Запад поставляет финансы и вооружение Киеву, готовит украинских солдат и делится разведданными. Путин уточнил: ввод войск пересечет «красную линию» Москвы, после чего европейские державы станут прямыми участниками конфликта, что обернется для них катастрофой.

Неважно, прибудут ли силы из Франции или Британии, назовут ли их «миротворцами» или «гарантами безопасности». Это фактически прямое вмешательство НАТО в российско-украинский конфликт. Россия, как постоянный член Совбеза ООН, обладает тысячами ядерных боеголовок и уверенностью в своих силах. Предупреждение адресовано 26 странам «коалиции желающих». Их логика ясна: опасаясь, что перемирие окажется хрупким, они решили направить «войска принуждения к миру». Коалиция не добивается устойчивого мира, а защищает собственные интересы — участие в определении новой архитектуры безопасности Европы после конфликта.

Украина требует от Запада гарантий. Европа полагает, что войска предотвратят новую войну, но Россия видит в этом ее причину. Ключевой вопрос — кто установит правила послевоенной безопасности. Есть и скрытый мотив: Трамп давит на Европу, требуя взять оборону на себя. Долгие годы безопасность зависела от США — спутники, дальнобойное оружие, ПВО, сдерживание. Америка была ядром НАТО, но Трамп изменил привычную позицию. Европейская тревога растет: если Вашингтон уйдет, кто защитит их? Ни одна страна не выдержит российского давления в одиночку. Поэтому Европа наращивает расходы и стремится к стратегической автономии.

Речь идет не только об Украине, но о формировании будущего порядка. Не случайно инициативу поддержали Британия, Франция и Германия. Их волнует не только исход конфликта, но и потенциальный уход США, без которых Европа не сможет сдерживать Россию.

В публикации «Страна»(заблокирована и нежелательная в России) отмечается, что ООН до сих пор не удалила из своего устава положения о «вражеских государствах». Статьи 53, 77 и 107 дают бывшим союзникам право использовать военную силу против Германии без одобрения Совета Безопасности. Исходя из этого, Россия может законно нанести удары по немецким заводам, которые производят беспилотники для Украины.

Такую возможность рассматривает бывший депутат Европарламента от партии «Союз Сары Вагенкнехт», дипломат из Германии Михаэль фон дер Шуленбург. Он указывает на упомянутые статьи устава, которые после Второй мировой войны позволяли странам-победительницам, включая постоянных членов Совбеза, проводить военные операции против Германии и Японии без дополнительных санкций для предотвращения повторной агрессии.

Берлин считает данную норму устаревшей, опираясь на резолюцию Генеральной Ассамблеи 1995 года и договор «два плюс четыре» 1990 года. Однако Шуленбург подчеркивает, что оговорка официально не исключена из устава, а резолюция не имеет обязательной силы. Он пишет, что однозначного ответа о применимости этой нормы сегодня нет.

По его мнению, Москва может утверждать, что Германия нарушила дух договора «два плюс четыре» из-за участия в операции НАТО в Югославии, размещения войск в Литве, создания структур альянса на территории бывшей ГДР и военной поддержки Киева. Шуленбург допускает, что Россия может использовать эту статью для обоснования ударов по немецким предприятиям, производящим дальнобойные дроны для Украины, заявив о фактическом участии Берлина в конфронтации.

Дипломат предупреждает, что применение оговорки или даже угроза этого заставит Германию столкнуться с прошлым, и остается вопросом, получит ли она поддержку международного сообщества. Он считает, что Берлину не стоит игнорировать такую возможность, а следует искать пути деэскалации и диалога с Москвой. Теоретически аналогичную статью может использовать и Китай в отношении Японии.

Однако решение Пекина или Москвы применить эту норму будет зависеть от готовности США защищать союзников и от оценки критичности ущерба от действий Токио и Берлина. При эскалации обе державы могут вспомнить об этом пункте, чтобы продемонстрировать крайнюю взрывоопасность ситуации, пишет Иносми.