Жителей Сибирских сел обрекают на голодную зиму. Под предлогом неизвестной болезни у населения опять изымают скот

При этом официальный карантин не объявляли, а в ветеринарной службе заявляют, что данные о болезни — «сведения ограниченного доступа». Неофициально же, по сообщению политолога Руслана Осташко, речь идёт об африканской чуме свиней, но власти предпочитают молчать.

Животных забирают без анализов и лабораторных исследований, уничтожая даже внешне здоровых особей. Компенсация крайне мала — около 90–95 рублей за килограмм живого веса.

В Иркутской области под предлогом вспышки узелкового дерматита у людей изымают коров, коз, овец и свиней, что вызвало недовольство фермеров.

Соседняя Бурятия ввела режим повышенной готовности, на границах проверяют мясо и корма.

Возникает логичный вопрос:чьи просчёты скрывает массовая ликвидация скота? Создается впечатление, что власти снова прикрываются теми, кто не может ответить.

В одном из сел Сибири, у Екатерины есть небольшое, но надёжное хозяйство: корова для молока, немного кур, огород. Мясо давали свиньи — вместе с поросятами их было около тридцати. Так продолжалось до августа 2026 года, когда на подворье явились чиновники с участковым. Ветеринар махал какой-то бумагой, заявляя, что животные больны и их нужно немедленно изъять. Ни анализов, ни объяснений — просто умирайте с голоду,пишет Царьград.

Женщина воспротивилась: либо берите кровь и доказывайте болезнь, либо уходите.

«Они ответили, что всё равно любым способом их заберут. И с этого дня началась война», — рассказывает она.

Дальше — настоящий ад: угрозы штрафом, тюрьмой для мужа, отправкой на СВО, проблемы у дочери на работе. Но семья держится — отступать некуда:

«Я не враг себе. У меня дети, мы это мясо сами едим. Будь что-то не так, я бы сама позвонила и сказала: забирайте. Но в нашей деревне падежа не было. Выбора у меня нет. Забрали бы — осталась бы с детьми голодать. Остаётся только биться до последнего, а там как получится».