Детективный триллер об аресте российских активов за рубежом

На предварительном этапе следствия по делу об аресте российских активов мы вынуждены констатировать, что с самого начала специальной военной операции на Украине виновником была объявлена Россия. И наказанием стали санкции, которые сразу коснулись активов Центрального банка России. Россия своей вины не признала и считает арест ее активов форменным грабежом.

Для дальнейшего следствия нам потребуются прецеденты. Так, в ходе Второй мировой войны в ответ на территориальную экспансию Японии в Азии и Океании США заморозили активы японских банков. Теракты и угон самолетов ливийскими боевиками в 70-е гг. стали причиной арестов зарубежных активов государства и личных счетов М. Каддафи. Для борьбы с ядерной программой были арестованы активы Ирана и Северной Кореи.

Российский пример в ряду этих прецедентов стоит особняком, поскольку объем замороженного капитала, принадлежащего иностранному суверенному государству, крупнейший в истории — около 300 млрд долл. Этот арест создал опытную базу для оценки последствий подобных актов для авторитета доллара, поскольку предыдущие случаи арестов были недостаточными по величине, чтобы вызвать катаклизм и заставить другие страны отказаться от доллара как результат утраты доверия по отношению к нему как мировой ключевой валюте.

Арест распространен на официальные активы России и частных лиц – резидентов России в Западной Европе, США и других странах коалиции. Следует отметить, что в ситуации ареста активов Россия оказалась заложником собственной политики управления золотовалютными резервами, ибо в 2014 г., когда были приняты первые санкции Запада в ответ на включение Крыма в состав Российской Федерации, Центральный банк России стал активно диверсифицировать свои золотовалютные резервы за счет ухода из доллара в евро и золото.

Несмотря на малый процентный доход, который приносили России долларовые активы в США в период ультранизких ставок, Центральный банк России считал необходимым формирование и накопление резервов именно на территории США и в их юрисдикции. Это было связано со 100%-ными гарантиями депозитного страхования в США, а также поскольку США обладали высшим кредитным рейтингом. Стратегию инвестиций российских активов пришлось в срочном порядке пересматривать после 2014 г., когда возник риск ареста и отключения от международных платежных систем и межбанковской коммуникации.

США не пошли на арест российских активов, поскольку это могло подорвать доверие к доллару. Арест мог заставить другие страны тоже диверсифицировать свои резервы и выводить капиталы из Америки. От СВИФТ американцы Россию отключить тоже не могли, поскольку СВИФТ находится в юрисдикции Бельгии. ЕС, несмотря на принятие санкций, сначала не включил пункт отключения российских банков от СВИФТ, поскольку продолжал покупать российский газ, и это отключение привело бы разрыву контрактов и энергокризису. Для того чтобы отключить Россию от СВИФТ, Европе нужно было готовиться к отказу от российского газа, однако она этого не делала вплоть до 2022 г.

Во всей этой детективной истории, если бы США действительно преследовали цель арестовать российские активы, находящиеся в их юрисдикции, то они сделали бы это либо непосредственно после начала СВО в 2014 г., либо сразу после того, как Россия начала выводить капиталы из Америки.

Делая ставку на перевод активов в ЕС, Россия исходила, прежде всего, из исторически сложившихся тесных связей с Европой после Второй мировой войны, глубокими внешнеторговыми отношениями. ЕС был крупнейшим внешнеторговым партнером России, крупнейшим инвестором. Европа удовлетворяла 35% своих потребностей в природном газе за счет поставок из России. Ось отношений Россия – Германия породила такие мегапроекты, как «Северные потоки». В результате создалась иллюзия, что, несмотря на санкции в ответ на СВО, эти связи невозможно будет разорвать целиком, и что Европа и Россия продолжат развиваться в симбиозе отношений государства и бизнеса.

Арестовывая российские активы, ЕС делал ставку на безусловную поддержку США и НАТО. Замораживать российские активы в юрисдикции США американскому правительству имело меньше смысла, чем для ЕС при аресте российских активов в евро, поскольку Россия к 2014 г. полностью погасила долги СССР перед США по ленд-лизу, кредиты перед МВФ. Кроме того, доля России и США во внешнеторговом обороте этих стран была значительно меньше, чем доля США и ЕС в их собственном внешнеторговом обороте. Европа же, напротив, имеет финансовые претензии к России, начиная с 1918 г., когда советское правительство объявило дефолт по долгам царского и временного правительства. Поэтому мотивы ЕС при аресте ясны: отнимая капитал у России, страны Европы стремились компенсировать убытки от того самого дефолта.

Возможно, если бы Россия оставила неизменной структуру своих резервов в том виде, в какой она была до 2014 г., и они находились бы на территории США, то их бы никто не арестовал.

Европа при аресте российских активов не опасалась за статус евро как международной валюты, поскольку он – вторая по значимости валюта в мире, с большим отрывом от доллара, а также потому, что евро – региональная валюта, ведущим рынком для которой является непосредственно страны зоны евро, и поэтому арест российских евровых активов не оказал практически никакого влияния на позиции евро и его репутацию в мире.

Большое значение в формировании статуса и авторитета доллара в мире играют СМИ. С этой точки зрения, способность СМИ убеждать общественное мнение в правоте своей позиции о том, что доллар находится на пороге краха, тоже сыграла одну из ключевых ролей при формировании представления в сознании граждан самых разных стран, что доллар действительно теряет свой вес и статус в мире.

Вынося вердикт по делу об аресте российских активов, делаем следующие выводы и уроки:

1. арест никак не влияет на доверие к доллару во всем мире;
2. арест не ударил по репутации евро из-за ограниченности ареала его существования странами, для которых он является национальной валютой и от которого они по сути не могут отказаться;
3. Европа за счет ареста компенсировала потери от дефолта Советской России 1918 г.;
4. Россия получила компенсацию от ареста путем изменения собственности активов, принадлежавших иностранным компаниям в России до СВО.

Автор: доктор экономических наук, доцент, профессор кафедры мировой экономики и мировых финансов Факультета международных экономических отношений Финансового университета при Правительстве Российской Федерации Михаил Вячеславович Жариков