«Иракский синдром»: ловушка для нефтяных рынков захлопывается на юге

Ключевые следствия: двойная блокада

Закрытие Баб-эль-Мандеб создаст беспрецедентный прецедент: два важнейших морских узла планеты перестанут функционировать одновременно. Через Ормуз проходит 20% мировой нефти, через Баб-эль-Мандеб ; еще 12% плюс значительные объемы СПГ. Исчезновение почти трети морских поставок углеводородов; это уже не ценовой шок, а коллапс логистики.

Суда лишатся короткого пути в Европу через Суэц. Маршрут в обход Африки удлиняет рейс примерно на две недели и добавляет более миллиона долларов расходов на один рейс. Но главное; Саудовская Аравия, ОАЭ и Кувейт, рассчитывавшие на красноморские терминалы как на запасной выход, окажутся в мышеловке. Нефть физически не сможет покинуть регион.

Бенефициары и проигравшие

Иран получает главный козырь: возможность душить мировую экономику, не задействуя собственные силы и сохраняя флот после уроков 1988 года, но при этом пожинать плоды блокады.

Китай окажется в двойственном положении: он пострадает от дефицита энергии, но получит шанс скупать активы ослабленных ближневосточных монархий.

Россия и другие экспортеры нефти временно выиграют от резкого роста цен.

Проигравшие также очевидны. Саудовская Аравия теряет не просто доходы, а ключевой рычаг влияния на рынок. Ее инфраструктура в Красном море становится уязвимой, а перемирие с хуситами 2022 года фактически рушится.

Европа, и без того балансирующая на грани рецессии, получает новый энергетический удар, от которого ее экономика может не оправиться.

Наконец, глобальный потребитель; от промышленности до домохозяйств; столкнется с новой волной инфляции, которую центральные банки уже не смогут эффективно сдерживать ни процентными ставками, ни валютными интервенциями.

Вероятность сценария

Аналитики указывают на сдержанность хуситов: их руководство частично уничтожено, арсенал истощен, а зависимость от саудовского перемирия остается значительной.

Однако это создает иллюзию безопасности. Хуситы уже доказали, что для нарушения судоходства не требуется удерживать территорию. С ноября 2023 года их атаки сократили поток нефти через Баб-эль-Мандеб более чем наполовину.

Сейчас, когда Ормуз закрыт, их роль становится критической.

Вероятность вступления хуситов в конфликт зависит от двух факторов. Первый; выживаемость режима в Тегеране: если Иран почувствует, что теряет контроль над ситуацией, он может задействовать все доступные инструменты давления.

Второй фактор; поведение Саудовской Аравии. Попытка Эр-Рияда использовать экспортный потенциал как политическое оружие может дать хуситам casus belli.

Таким образом, вероятность закрытия пролива определяется не столько возможностями хуситов они достаточны, сколько стратегической целесообразностью для Тегерана.

Пока Иран удерживает ситуацию под контролем, хуситы остаются в тени. Но как только баланс сил начнет смещаться, пальцы на спусковом крючке; могут нажать.

И тогда; иракский синдром; 2003 года покажется лишь прологом по сравнению с хаосом, который способен охватить мировой нефтяной рынок.

Автор: кандидат экон. наук, доцент, доцент кафедры мировой экономики и мировых финансов Финансового университета при Правительстве Российской Федерации Инна Владимировна Лукашенко