Капитал Страны
26 МАР, 01:20 МСК
USD (ЦБ)    57,4247
EUR (ЦБ)    61,8636

Современный профиль вузовской науки в России и перспективы его изменения

15 Октября 2012 17149 9 Исследования
Современный профиль вузовской науки в России и перспективы его изменения

В последнее время правительство страны делает очередную попытку повысить научный статус отечественных вузов. Для этого используются различные инструменты регулирования и контроля. Каковы эти инструменты? Насколько они адекватны современным условиям? Какова интегральная характеристика вузовской науки? Какими должны быть стратегические цели университетов?

Постановка задачи

Программными документами долгосрочного социально-экономического, инновационного развития России предусматриваются значительные изменения в перспективном облике российской науки. На фоне ожидающейся радикальной ревизии организаций государственного сектора исследований и разработок, высшего образования в качестве одной из «точек роста» позиционируется вузовская наука.

В соответствии с государственной стратегией в авангард вузовской науки выдвигаются национальные исследовательские университеты, часть из которых, скорее всего, будет стараться претендовать на вхождение в мировые рейтинги университетов, реализуя задачу, поставленную в Указе Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 года № 599.

С точки зрения государственной поддержки в течение последних 20 лет вузовская наука оставалась на обочине. В этой связи определенная на официальном уровне ставка на то, что в короткий временной период (до 2020 года) точечно поддерживаемая университетская наука сделает качественный рывок в масштабах пусть даже очень узкого круга вузов, является достаточно рискованной, хотя и почти безальтернативной.

Каким потенциалом обладает современная университетская наука и насколько она готова к тому, чтобы соответствовать современным международным требованиям? Ответ на данный вопрос позволит сформулировать адекватную стратегическую цель и задачи развития вузовской науки в России.

Основные параметры современной университетской науки в России

Осуществление вузом научной деятельности, использование полученных научных результатов в учебном процессе и вовлечение в научную работу студентов и аспирантов являются необходимыми отличительными признаками современного высшего учебного заведения. Создание на базе вузов исследовательских лабораторий научных и производственных организаций становится лишь дополнением к самостоятельной научной деятельности вуза, но не выступает ее заменой. Подчеркнем, что речь идет о полноценной научной деятельности, а не ее имитации. Учреждения, которые ограничиваются исключительно предоставлением образовательных услуг по программам бакалавриата и магистратуры, вправе претендовать только на статус высшей школы (даже при очень качественном оказании образовательных услуг), но не современного университета.

В настоящее время вузовская наука не является авангардом сектора исследований и разработок в России и не является его значительной частью. Однако именно она максимально приближена к 7 млн. студентов, 140 тыс. аспирантов (почти 90% от общего количества аспирантов в России) и имеет все возможности воспользоваться данным конкурентным преимуществом и первой подпитываться талантливыми молодыми кадрами, наращивая свой потенциал и повышая результативность. Тем не менее, следует обратить внимание на то, что с переходом на двухуровневую систему высшего профессионального образования и сокращением бюджетных мест многие абитуриенты 2012 года, даже очень успешно сдавшие ЕГЭ в средней школе, могут поступить и обучаться в вузах только на договорной основе, поскольку бюджетные места отдаются преимущественно льготным категориям граждан, а также студентам целевого приема. В таких условиях de facto платного высшего образования по американскому формату трудно рассчитывать в перспективе на достаточный объем выборки студентов, позволяющих к концу обучения вырастить необходимое количество начинающих исследователей для продолжения научной деятельности в рамках вуза либо других организаций. В то же время официально заявленный рост заработной платы научно-педагогическим работникам вузов до 200% от уровня заработной платы по экономике региона может стать значительным стимулом для вовлечения и закрепления молодежи в науке, развития конкуренции за постоянные позиции в университетах.

Вузовскую науку можно рассматривать как совокупность организаций, структурных подразделений, научных коллективов, занимающихся исследованиями и разработками. При этом необходимо отметить, что согласно действующему законодательству учреждения высшего профессионального образования не относятся к научным организациям (статья 5 Федерального закона от 23 августа 1996 г. №127-ФЗ). Масштабы, ресурсную базу и результативность вузовской науки характеризуют стоимостные объемы выполненных НИР, публикационная и патентная активность. Указанные параметры вузовской науки будут рассмотрены более подробно в целях выявления сильных и слабых сторон, а также определения целей и задач долгосрочного развития.

В 2010-2011 учебном году в России функционировало 1115 вузов, из которых 653 государственных (муниципальных) вуза (или 58,6%). Из общего количества государственных вузов почти половина (немногим более 300) являются подведомственными Минобрнауки России. При этом далеко не каждый вуз занимается научной деятельностью. Так, в 2000-х годах более половины вузов страны, по сути, являлись обычными высшими школами, выступая продолжением средних школ (табл.1).

Таблица 1. Структура вузов России.
Год Общее кол-во вузов, ед. Количество государственных (муниципальных) вузов, ед. Удельный вес вузов, выполняющих исследования и разработки, %
1995 762 569 51,8
1998 914 580 43,0
1999 939 590 41,2
2000 965 607 40,4
2001 1008 621 38,5
2002 1039 655 37,5
2003 1044 654 37,6
2004 1071 662 37,5
2005 1068 655 38,0
2006 1090 660 38,3
2007 1108 658 45,1
2008 1134 660 44,4
2009 1114 662 45,4
2010 1115 653 46,4
Источник: рассчитано по данным [1; 2].


Следует отметить, что вузовская наука представлена не только образовательными учреждениями высшего профессионального образования. К ней также относятся и другие специализированные организации: научно-исследовательские институты, конструкторские, проектно-конструкторские организации, опытные (экспериментальные) предприятия и другие. По данным официальной статистики, в последние годы общее число таких специализированных организаций не превышает 100 ед. (табл.2).

Таблица 2. Структура организаций вузовской науки.
Год Кол-во вузов, выполняющих исследования и разработки, ед. НИИ (центры), ед. Конструкторские, проектно-конструкторские организации, ед. Опытные (экспериментальные) предприятия, ед. Прочие организации, ед. Итого
1995 395 88 18 1 9 511
1998 393 104 21 1 12 531
1999 387 111 19 2 10 529
2000 390 107 19 2 8 526
2001 388 111 19 1 10 529
2002 390 113 17 2 9 531
2003 393 108 17 - 8 526
2004 402 106 17 1 7 533
2005 406 109 17 - 7 539
2006 417 106 14 - 3 540
2007 500 95 12 1 8 616
2008 503 80 11 1 8 603
2009 506 78 11 1 7 603
2010 517 71 11 1 17 617

Данные табл.2 позволяют сделать вывод о том, что при вузах практически не осталось юридически самостоятельных структур, профессионально занимающихся исследованиями и разработками (например, опытных предприятий, конструкторских организаций). При этом функционирование соответствующих подразделений в составе самих вузов встречается редко.

Организация научной деятельности в вузе: основные проблемы

В отличие от научных организаций научно-исследовательская составляющая в российских вузах остается второстепенной по сравнению с образовательной компонентой, что выражается в структуре кадрового потенциала и объемах финансирования образовательной и научной деятельности. При этом следует отметить, что средства, зарабатываемые вузами за счет оказания образовательных услуг на договорной основе, в недостаточной степени инвестируются в развитие научной деятельности, успешность осуществления которой является фактором конкурентоспособности образовательных услуг.

Организация научно-исследовательской деятельности в университетах определяется локальными нормативными актами. Как правило, работы проводятся в рамках НИЧ, научно-образовательных центров, центров коллективного пользования; лабораторий, образуемых при кафедрах (факультетах), а также лабораторий, образуемых научными организациями на базе вузов. Тем не менее, такие атрибуты не позволяют выявить содержательную часть научной работы, которая определяет успех.

Необходимо обратить внимание на то, что исследовательская деятельность осуществляется в вузах как на профессиональной основе, так и в любительской режиме, когда наука для преподавателей становится разновидностью хобби. В первом случае исследования проводятся в лабораториях научными коллективами, сотрудники которых не отвлекаются или почти не отвлекаются на образовательный процесс. Наука в режиме любительства осуществляется отдельными представителями профессорско-преподавательского состава, принимающими участие в научной работе на условиях совместительства при наличии полной учебной нагрузки. Согласно предварительным оценкам, до 50% позиций научных работников замещаются на условиях совместительства. По нашему мнению, данное сочетание не означает интеграции науки и образования, продвигаемую отдельными работниками вузов, а, наоборот, свидетельствует о реализации низкоэффективных маргинальных решений.

Привлечение студентов к научной работе во многом определяется исследовательской активностью профессорско-преподавательского состава. Если допустить, что для большинства квазинаучных работников вузов исследовательская деятельность является факультативной, то для студентов она будет иметь еще меньшее значение.

Следует отметить, что многие руководящие должности научных подразделений вузов замещаются на основе совместительства не только сотрудниками самих вузов, но и работниками внешних организаций. Наиболее контрпродуктивная практика состоит в замещении одним человеком нескольких административных позиций в научном секторе, что не позволяет продвигаться в карьерном плане другим исследователям.

Вместе с тем, решение вопросов участия профессорско-преподавательского состава в научно-исследовательских проектах вуза, что в свою очередь обещает дополнительный доход, носит преимущественно латентный характер. Правила вхождения новых сотрудников в коллектив исполнителей научно-исследовательских проектов, в целом, нельзя считать прозрачными.

В последнее время в вузах получили некоторое распространение системы внутренних исследовательских грантов, однако количество поддерживаемых проектов и объемы их финансирования в целом пока остаются незначительными, а результаты их распределения на конкурсной основе вызывают обычно те же вопросы, которые предъявляются к итогам конкурсов на выполнение НИР для государственных нужд.

Кадровый потенциал вузовской науки

С точки зрения численного состава кадров вузовская наука не выглядит внушительно. По данным статистики, в каждом вузе, осуществляющем научную деятельность, менее 100 человек заняты исследованиями и разработками на постоянной основе (табл.3). Как показывает практика, из них исследователями являются не более 70%. Номинально таким кадровым потенциалом могут быть укомплектованы лишь несколько полноценных лабораторий, что для современного вуза с научным профилем является явно недостаточным.

Конечно, численный состав научных подразделений и организаций зависит от многих факторов, и среди организаций государственного сектора науки можно выделить малые научные организации с численностью исследователей до 50 человек, а также относительно крупные исследовательские структуры, в которых занято свыше 500 исследователей. В среднем же по государственному сектору науки численный состав исследователей в расчете на 1 организацию составляет 106 человек. Отсюда, можно сделать вывод о том, что организационные единицы вузовской науки практически не выделяются на общем фоне.

Таблица 3. Средняя численность занятых исследованиями и разработками в организациях, представляющих вузовскую науку, чел.
Год В вузах, выполняющих исследования и разработки В НИИ (центры) В конструкторских, проектно-конструкторских организациях В опытных (экспериментальных) предприятиях В прочих организациях
1995 101,3 107,5 120,6 23 44,3
1998 80,0 69,4 102,7 5 27,5
1999 79,7 67,4 112,9 3,5 29,2
2000 79,8 67,8 115,7 2,0 27,6
2001 80,3 86,8 121,2 4,0 37,1
2002 79,6 91,3 136,8 7,5 47,7
2003 80,8 79,2 135,6 - 61,3
2004 79,9 80,8 128,8 15,0 77,1
2005 83,6 64,4 117,1 - 78,0
2006 84,4 68,8 134,1 - 40,7
2007 80,9 69,6 153,6 2,0 20,6
2008 79,5 69,0 162,1 1,0 35,4
2009 82,5 64,0 131,5 2,0 41,1
2010 90,5 67,5 126,5 2,0 19,0

На протяжении рассматриваемого временного периода научно-исследовательские институты, а также конструкторские, проектно-конструкторские организации при вузах переживали динамику сокращения не только своей численности, но и удельного количества занятых (табл.2), хотя проектно-конструкторским организациям удается поддерживать общую численность. Опытные (экспериментальные) предприятия практически прекратили свое существование как форма реализации научно-технической деятельности, что не позволяет полноценно проводить ОКР, обеспечивать апробацию результатов университетской науки и повышать их востребованность.

В целом, в организациях, представляющих вузовскую науку, общая численность занятых исследованиями и разработками в 2010 году увеличилась на 4,8 тыс. чел. и составила 53,29 тыс. чел., в том числе исследователей – 38,64 тыс. человек, вернувшись к уровню 1995 года. Данный прирост во многом обусловлен акцентированной государственной политикой по поддержке научной деятельности в вузах, реализованной в виде комплекса мероприятий, предусмотренных ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 годы (включая поддержку программ развития национальных исследовательских университетов), а также постановлениями Правительства Российской Федерации от 9 апреля 2010 года №№ 218, 219, 220.

Если проводить сравнения, то состав исследователей вузовской науки сопоставим, например, с общей численностью исследователей подведомственных научных организаций Федерального космического агентства (29,7 тыс. чел. в 2010 г.), в 7 раз превышает численность исследователей, занятых в научных организациях ОАО «Газпром» и ОАО «Лукойл» (соответственно 3 тыс. чел. и 2 тыс. чел. в 2010 году), но в 2 раза меньше корпуса исследователей государственных академий наук (76,8 тыс. чел.) .

На макроуровне удельный вес исследователей вузовской науки в общем количестве исследователей в 2009 году составлял 9,2%, прирастая ежегодно на 0,1-0,3 процентных пункта (табл.4, выделено подсветкой). С учетом указанного выше прироста численности занятых в вузовской науке в 2010 году рассматриваемый параметр преодолел 10-процетный рубеж. Наиболее значительный сдвиг в структуре исследователей произошел в 2007 году, когда удельный вес исследователей в вузовской науке увеличился на 0,8 п.п (табл.4).

Таблица 4. Структура исследователей, занятых в основных секторах науки.
Сектор науки* 2000 2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008 2009 2010
Государственный 30,5 31,1 31,7 32,2 33,0 35,6 35,7 35,2 35,2 36,0 35,7
Предпринимательский 62,8 61,9 61,0 60,6 59,6 56,6 56,2 55,9 55,8 54,6 53,5
Высшего профессионального образования 6,6 6,9 7,1 7,2 7,4 7,7 7,9 8,7 8,8 9,2 10,5
Некоммерческие организации 0,1 0,1 0,1 0,1 0,1 0,0 0,2 0,2 0,2 0,2 0,3
* Сегментирование официальной статистикой национального сектора исследований и разработок представляется методически не вполне корректным в силу смешения основных субъектов генерации знаний и их форм собственности.
Источник: рассчитано по данным [2].


Обращает на себя внимание устойчивость увеличения удельного веса исследователей в вузовской науке (в период с 200-2010 годы с 6,6% до 10,5%), который сопровождается поступательным повышением удельного веса вузовской науки в общей численности занятых в секторе исследований и разработок: в период 2000-2010 годы с 4,6% до 7,2%.

Сравнительный анализ структуры занятых в секторе исследований и разработок по основным его сегментам позволяет установить, что соотношение исследователей как потенциальных производителей новых знаний и прочего персонала (включая, техников, вспомогательных работников, управленческие кадры) для вузовской науки принимает максимальное значение и с течением времени увеличивается на фоне законсервированности значения аналогичного показателя в других секторах науки (табл.5).

Таблица 5. Соотношение количества исследователей и других работников, занятых исследованиями и разработками, по секторам науки.
Сектор науки 2007 2008 2009 2010
Государственный 1,0 1,0 1,0 1,0
Предпринимательский 0,8 0,9 0,9 0,9
Высшего профессионального образования 2,3 2,3 2,3 2,6
Некоммерческие организации 1,7 1,7 2,0 2,0


Источник: рассчитано по данным [1-2].

Необходимо отметить, что в абсолютном выражении в период 2000-2009 гг. общее число исследователей в России сократилось на 13% (с почти 426 тыс. чел. до 369 тыс. чел.). При этом наибольшие потери отмечаются в предпринимательском секторе (снижение с 267,6 тыс. чел. до 201,7 тыс. чел.). Однако на этом негативном фоне количество исследователей в вузовской науке увеличилось на 5500 чел. (+19,5%). Почти на такую же величину (5 тыс. чел.) за рассматриваемый период времени сократился корпус исследователей в академическом секторе науки (-6%).

Учитывая, что кадровые потоки прямо или косвенно могут свидетельствовать о предпочтительности мест работы, можно сделать вывод о том, что в последнее десятилетие вузовская наука стала небольшим «оазисом» в национальном секторе исследований и разработок. Причем эта тенденция объективно имела место до начала масштабной государственной поддержки вузовской науки с 2009 года. На фоне сокращения кадров в остальных секторах науки, прежде всего, в академическом, вузовская наука выступила практически единственно возможной потенциальной точкой роста и соответственно местом приложения будущих государственных инвестиций, даже несмотря на сравнительно невысокую результативность научной деятельности в университетах.

Вместе с тем, по оценкам Минобрнауки России, удельный вес профессорско-преподавательского состава, осуществляющих научную деятельность как в официальном, так и в инициативном порядке без официального оформления, варьируется по профильным группам вузов в интервале 22-36%, что позволяет рассматривать данную группу ППС в качестве потенциала штатных научных сотрудников вуза. На примере вузов, подведомственных Минобрнауки России, это означает, что при благоприятных условиях количество штатных исследователей может увеличиться как минимум на 48 тыс. чел., в рамках всей вузовской науки – на 78,5 тыс. чел. при общей численности ППС порядка 360 тыс. чел. Потенциал более чем 2-кратного увеличения штатной численности научных работников в масштабах всей вузовской науки по сравнению с текущим уровнем, возможно, вызовет дефицит преподавательского корпуса, транслирующего знания в аудиторию. В перспективе дифференциация вузовских работников на исследователей и лекторов будет неизбежной. При этом рекрутировать последних значительно проще, чем вырастить либо привлечь профессионального исследователя.

Оценка систематичности исследовательской деятельности в вузах

Необходимо подчеркнуть, что количество научных сотрудников в вузах определяется штатным расписанием организации. В государственных учреждениях штатное расписание утверждается организацией самостоятельно без согласия учредителя. При этом количество научных ставок, как правило, должно соответствовать получаемым доходам от научной деятельности. Например, в подведомственных Минобрнауки России вузах в 2010 году доля средств, полученных от выполнения НИОКР в общих доходах, по оценкам учредителя, составила около 15%. Отсюда логично предположить, что и удельный вес научных работников в вузах должен находиться в окрестности данной величины. Однако число научных ставок не превышает 6% в их общем количестве.

Агрегируя в общую модель сведения о соответствии структуры кадрового потенциала вуза структуре его доходов с выделением научной компоненты, а также информацию о характере заполнении научных ставок, представляется возможным перейти к количественной оценке степени систематичности (профессиональности) вузовской науки:

где F – степень систематичности вузовской науки; W – удельный вес научных ставок в общем количестве ставок в вузе согласно штатному расписанию; K – удельный вес доходов от научной деятельности вуза в общем объеме его доходов (в данной методике к доходам от научной деятельности относятся также собственные средства вузов, расходуемые на исследования и разработки, объем государственного задания на НИР); S – общее количество научных ставок; S’ – количество научных ставок, замещаемых на условиях совместительства. Следует отметить, что данная формула работает при условии W≤K. В случае W>K будет иметь «перекрестное субсидирование», когда доходы от образовательной и иной ненаучной деятельности вуза будут частично направляться на содержание научных подразделений, что может рассматриваться как позитивное явление, поскольку результаты научной деятельности, интегрированные в образовательный процесс, и студенты, интегрированные в финансируемую вузом научную деятельность, повышают конкурентоспособность образовательных услуг.

Необходимо также отметить, что представленная методика является работоспособной при сопоставимости в рентабельностях образовательной и научной деятельности. На сегодняшний день рентабельность научной деятельности вряд ли превосходит рентабельность образовательных услуг вуза. Дело в том, что основным источником заказов на НИР является государственный сектор, и при размещении заказов на выполнение НИР для государственных нужд первоначальные стоимости государственных контрактов проходят процедуру обоснования, в том числе с учетом трудоемкости, размера заработной платы предполагаемого количества участников. Заказы от предпринимательского сектора для вузов высокой рентабельностью также не отличаются, поскольку бизнес умеет рационально использовать средства.

Возвращаясь к параметрам сети вузов, подведомственных Минобрнауки России, и учитывая, что W/K≈0,4 и S’/S≈0,72, получаем, что степень систематичности вузовской науки составляет 29% (то есть на 2/3 вузовская наука реализуется в несистематическом режиме).

Приборная база научных исследований в вузах

Наряду с кадровым потенциалом существенное значение для перспективного развития научной деятельности в вузах имеет обеспеченность приборной базой, отвечающей современному мировому уровню. В настоящее время официальной статистикой сведения об исследовательском оборудовании учитываются в достаточно агрегированном разделе «машины и оборудование» (см. форму статистического наблюдения «2-Наука»), из которого вычленить приборную базу не представляется возможным. В то же время в отношении государственных вузов учредителями издаются приказы об особо ценном движимом имуществе, в состав которого включается также исследовательское оборудование с указанием наименования, количества и балансовой стоимости. Необходимо отметить, что в свободном доступе, например, в информационно-справочной системе «Консультант Плюс», данные приказы не размещаются, что делает данный подход к оценке приборной базы вузов трудно реализуемым.

В последнее время приборная база научных исследований в государственных вузах была существенно обновлена, в том числе в рамках проектов по поддержке национальных исследовательских университетов, центров коллективного пользования научным оборудованием и других объектов исследовательской и инновационной инфраструктуры, проектов по развитию инфраструктуры наноиндустрии в Российской Федерации. Поставленное оборудование преимущественно зарубежного производства характеризуется относительно высокими затратами на его содержание, а также на расходные материалы для проведения исследований, которые внутри страны, как правило, не производятся. Кроме того, в целом не решена задача подготовки квалифицированных кадров для работы на приобретенном современном оборудовании. Вследствие указанных обстоятельств уровень загрузки научного оборудования остается недостаточно высоким. В целом реализованные мероприятия по обновлению приборной базы в краткосрочном аспекте не привели к существенным позитивным сдвигам в результативности вузовской науки.

На фоне закрытости сведений о приборной базе научных исследований, имеющейся в вузах, относительная информационная прозрачность объектов научной инфраструктуры, размещенной и функционирующей в вузах, позволяет косвенным образом оценить состояние материально-технической базы вузовской науки.

Опираясь на данные мониторинга сети центров коллективного пользования научным оборудованием (ЦКП), осуществляемого РИЭПП в интересах Минобрнауки России, представляется возможным рассмотреть основные параметры ресурсного потенциала вузовской сети ЦКП, в том числе в контексте сравнительного анализа с объектами научной инфраструктуры академической науки и ряда ФГУП научного профиля (табл.6). Следует отметить, что охваченная мониторингом выборка ЦКП вузовской, академической и отраслевой науки не является исчерпывающей, но вполне репрезентативной (например, на Интернет-сайте www.ckp-rf.ru представлены основные сведения о 406 центрах).

Таблица 6. Основные параметры вузовской и академической сети ЦКП, охваченной мониторингом (данные на конец 2011 года).
Наименование показателя Вид базовой организации ЦКП
Учреждение гос. академий наук Вуз ФГУП
Количество ЦКП, ед. 77 182 10
Стоимость приборной базы, млн.руб. 13716,91 13264,03 1857,1
Средний возраст дорогостоящего оборудования (стоимостью свыше 1 млн.руб.), лет 6,37 4,1 12,78
Численность сотрудников ЦКП, чел. 3133 5090 740
Техновооруженность, млн.руб./чел. 4,4 2,6 2,51
Стоимость выполненных НИР, млн.руб. 3101,4 4070,1 232,15
Стоимость оказанных услуг внешним пользователям, млн.руб. 290,2 1276,7 210
Уровень фактической загрузки дорогостоящего оборудования ЦКП (от расчетной загрузки), % 66,54 61,46 72,5
Уровень загрузки дорогостоящего оборудования ЦКП в интересах внешних пользователей (от фактической загрузки), % 22,47 29,71 23,15
Источник: рассчитано по данным мониторинга РИЭПП.


Анализ представленной в табл.6 информации позволяет сделать следующие выводы.

Во-первых, являясь сопоставимыми по общей стоимости приборной базы оборудования группа 182 вузовских ЦКП и 77 академических ЦКП существенно различается по количеству занятого персонала (5090 чел. и 3133 чел. соответственно). В то же время средняя оснащенность приборной базой вузовских ЦКП в 2,5 раза уступает значению аналогичного параметра в ЦКП учреждений государственных академий наук и ФГУП. Данные обстоятельства приводят к тому, что по техновооруженности академические ЦКП на 70% превосходят вузовские центры (4,4 млн. руб./чел. против 2,6 млн. руб./чел.), хотя средний возраст дорогостоящего оборудования в вузовских ЦКП выглядит предпочтительнее (4,1 года против 6,4 года).

Во-вторых, с точки зрения результативности функционирования рассматриваемые группы ЦКП существенно отличаются. Так, вузовские и академические ЦКП имеют примерно одинаковый уровень производительности (выработки на 1 сотрудника) – 1,05 млн. руб./чел. и 1,08 млн. руб./чел. соответственно, однако по уровню фондоотдачи более эффективными выглядят вузовские ЦКП (0,4 и 0,25 соответственно). С точки зрения общей загрузки оборудования, вузовские ЦКП уступают центрам в учреждениях государственных академий наук и ФГУП.

В-третьих, на фоне немногочисленных ЦКП, функционирующих в рамках ФГУП и косвенным образом представляющих отраслевую науку, обращает на себя внимание соотношение стоимостного объема выполненных НИР (для базовой организации и по заказам внешних пользователей) и объема оказанных услуг внешним пользователям. Так, для вузовских ЦКП данная пропорция составляет 76/24, для ЦКП в ФГУП – примерно 52/47, для группы академических ЦКП – 91/9. В целом, удельный вес объема оказанных внешним пользователям услуг в общем финансовом результате деятельности ЦКП вместе с уровнем загрузки приборной базы в интересах внешних пользователей свидетельствует о прикладной ориентированности центров.

Географически вузовская сеть ЦКП является наиболее разветвленной, а в перспективе, очевидно, выйдет на первое место по объему приборной базы научных исследований. В то же время вузовским ЦКП необходимо повышать как общий уровень загрузки приборной базы (хотя бы довести его до уровня ЦКП в ФГУП – 72,5%), так и загрузку в интересах внешних пользователей. Необходимо отметить, что по этому показателю группа вузовских ЦКП превосходит даже ЦКП ФГУП, которые, как можно было бы полагать, должны преуспеть в работе для внешних заказчиков. Данный вывод еще раз косвенно подтверждает тезис о том, что хотя вузовская наука (в данном случае – вузовская инфраструктура научных исследований) недостаточно результативна, однако по сравнению с другими секторами исследований и разработок она выглядит предпочтительнее.

В случае с ЦКП мы рассматривали в основном производимое серийно научное оборудование. В то же время значительное место в приборной базе научных исследований занимают уникальные стенды и установки, которые особенно важны для получения прорывных результатов мирового уровня.

Исторически сложилось таким образом, что большая часть уникальных стендов и установок создавалась и передавалась в основном научным учреждениям государственных академий наук, научным организациям, подведомственным государственным органам власти. Некоторые университеты (в том числе вузы со статусом НИУ, федеральные университеты) тоже имели и многие сохранили крупные объекты, относимые условно к категории уникальных (например, исследовательские реакторы), но в целом вузовский сектор является наименее обеспеченным уникальной приборной базой научных исследований.

Данный вывод подтверждают подведенные в 2011 году итоги конкурсов 1-3 очереди по мероприятию 1.8 ФЦП «Исследования и разработки по приоритетным направлениям развития научно-технологического комплекса России на 2007-2013 годы» в 2011 году, в соответствии с которыми были отобраны исследовательские проекты, предполагающие использование 113 уникальных стендов и установок. Из них 27 объектов, достаточно разнородных по своим характеристикам и степени использования, находятся в ведении вузов Минобрнауки России и Минсельхоза России (подробнее см. www.ckp-rf.ru). Как свидетельствуют результаты проведенного РИЭПП мониторинга, разнородность объектов выражается в их дисциплинарной принадлежности и функциональном назначении, широком диапазоне их стоимости (от 1 млн. руб. до 330 млн. руб.), возраста (от 1 до 46 лет), общем уровне загрузки (45-100% от расчетного времени работы) и загрузки для внешних пользователей (12-100% от фактического времени работы).

В целом приборная база научных исследований в ряде вузов опережает возможности и потребности кадрового потенциала университетской науки. На первый взгляд, данное обстоятельство кажется не вполне удовлетворительным, однако на сегодняшнем этапе после многолетнего острого дефицита современного оборудования такой режим становится вполне естественным. В перспективе разрыв между качественным уровнем научного оборудования и степенью его использования должен сокращаться, однако при этом скорость данной конвергенции имеет высокое значение.

Вопрос о развитии объектов, относимых к категории уникальных, для вузовской науки требует отдельной проработки. Принципиальные решения заключаются в следующем: либо создавать в ведущих вузах собственные уникальные стенды и установки, либо усиливать научную инфраструктуру, функционирующую в режиме коллективного пользования. Выбор того или иного варианта (включая смешанный) будет обусловлен научной активностью самих вузов.

В то же время уникальные научные инструменты мирового уровня вряд ли могут и должны находиться в ведении вузов. Принадлежность вузам оборудования, имеющего региональную, отраслевую и даже национальную уникальность вполне обоснована. Тем не менее, как и в случае с неуникальным оборудованием, уникальные стенды и установки должны быть результативно использованы.

В целом развитие вузовской науки, в том числе поддержание и расширение ее кадрового состава, развитие приборной базы научных исследований, непосредственно связано с наличием у организаций устойчивого объема финансирования исследований и разработок за счет внешних и внутренних источников. Как правило, вузы очень неохотно расходуют собственные средства на исследования и разработки, предпочитая выступать в роли обычного исполнителя работ от заказчиков с внутреннего рынка НИОКР. Ниже будут рассмотрены и оценены современные возможности вузов по привлечению дополнительных объемов финансирования научной деятельности, а также представлены результаты анализа реализации таких возможностей.

Вузовская наука и рынки исследований и разработок

Наряду с такими традиционными показателями результативности вузовской науки, как публикационная, патентная активность, финансовые показатели исследовательской деятельности в вузах являются не менее важными. Следует отметить, что в настоящее время официальной статистикой не выделяется вклад вузовской науки в общее число публикаций российских исследователей, в том числе в мировых научных журналах, индексируемых в базе данных Web of Science, а также удельный вес в общем количестве патентов. В условиях дефицита информации о значениях традиционных показателей результативности рассмотрим подробнее рыночные ниши для вузовской науки и ее финансовые достижения.

Внутренний рынок НИОКР, в котором участвуют вузы, условно разделяется на два сектора по виду источников финансирования: бюджетный сектор, в котором средства федерального и региональных бюджетов на исследования и разработки распределяются на условиях открытого конкурса, и предпринимательский сектор. Вместе с тем выделенные сектора значительно отличаются по уровню своего развития и емкости.

Удельный вес вузов в бюджетном сегменте рынка НИОКР, в котором доминируют фундаментальные исследования, является достаточно существенным. Отчасти это обусловлено объемами государственного задания вузам на выполнение НИР, государственными программами и проектами, ориентированными исключительно либо преимущественно на вузы, а также узким кругом организаций-конкурентов, как правило, представленным теми же государственными вузами и научными организациями, в том числе государственных академий наук либо подведомственными федеральным органам исполнительной власти.

Предпринимательский сектор НИОКР, емкость которого в 2010 году составила порядка 86 млрд. руб., для вузов характеризуется преимущественно низкими по стоимости разовыми научными работами (как правило, менее 1 млн. руб.), которые представляется достаточно затруднительным отнести к фундаментальным или прикладным научным исследованиям. Крупные научные проекты, инициированные предпринимательским сектором, с участием вузов широко не распространены.

Рассмотрим на примере сети вузов Минобрнауки России некоторые сдвиги в структуре финансирования их научной деятельности.

Так, в 2010 году в структуре финансирования НИОКР вузов, подведомственных Минобрнауки России, объемы средств, привлеченных из бюджетного и предпринимательского секторов внутреннего рынка НИОКР, были сопоставимы (соответственно 16,5 млрд. руб. и 14,1 млрд. руб.). Таким образом, вузы Минобрнауки России освоили порядка 5% общего объема бюджетного финансирования исследований и разработок, а также на 16,5% обеспечивали годовые потребности бизнеса в НИР. Соответственно в среднем на вуз объем средств на НИОКР суммарно из бюджетного и предпринимательского сегмента составляет немногим менее 100 млн. руб. в год. Вместе с тем, вузы остаются сильно дифференцированными по объемам привлеченного финансирования НИОКР, и степень этой дифференциации является порядковой. Благодаря государственным программам развития вузовской науки в 2011 году отмечается увеличение бюджетного финансирования научных исследований вузов Минобрнауки России, опередившее прирост объемов финансирования НИР от предпринимательского сектора (соответственно порядка 26 млрд. руб. и 17,1 млрд. руб.).

По сравнению с государственными вузами, подведомственными федеральным органам исполнительной власти, активность частных (корпоративных) и муниципальных вузов на внутреннем рынке НИОКР представляется минимальной.

Современный международный рынок НИОКР как совокупность механизмов фондовой поддержки инициативных проектов (например, Fulbright, DAAD и др.) распространяется в большей степени на индивидуальных исследователей и научные коллективы, а не на организации, в том числе вузы.

Международные исследовательские программы, предполагающие участие консорциумов организаций из разных стран, единичны и, прежде всего, ориентированы на организации, являющиеся резидентами финансирующих программы государств. Например, участие российских вузов на правах соисполнителей возможно в рамках 7-й Рамочной Программы Евросоюза. Однако, как показывает практика, вхождение российских организаций в проекты Программы затруднен, и объемы финансирования незначительны по сравнению с участием вузов в бюджетном сегменте внутреннего рынка НИОКР. Ориентированные на вузы международные программы TEMPUS, ERASMUS научно-исследовательскую составляющую не содержат. Участие российских вузов в конкурсах на выполнение НИОКР в рамках государственных закупок иностранных государств затруднено.

В настоящее время успешная работа вузов на международном рынке НИОКР возможна при наличии зарубежного партнера (например, университета) и заказов со стороны крупных зарубежных компаний.

По информации за 2010 год, объем финансирования НИОКР вузов, подведомственных Минобрнауки России, в рамках международного сотрудничества составил немногим более 1 млрд. руб., в том числе порядка 370 млн. руб. – средства, подступившие по грантам (в среднем 0,5-1 млн. руб. на вуз), и около 670 млн. руб. – по контрактам (в среднем 1,5-2 млн. руб. на вуз). В 2011 году общий финансовый результат международного сотрудничества вузов в сфере исследований и разработок сохранился практически неизменным, однако структура грантов и контрактов несколько изменилась: 330 млн. руб. и 735 млн. руб. соответственно.

В международном информационном пространстве российские вузы остаются малозаметными в связи с минимальным количеством публикаций на иностранных языках. Во многом это связано с незнанием профессорско-преподавательским составом иностранных языков на уровне, достаточном для подготовки статей в высокорейтинговые журналы, в том числе индексируемые в базе данных Web of Science.

Рынок интеллектуальной собственности и участие в нем вузов. Коммерциализация результатов интеллектуальной деятельности вузов осуществляется посредством передачи их в уставный капитал хозяйственных обществ, образуемых в соответствии с Федеральным законом от 2 августа 2009 г. № 217-ФЗ. Однако в настоящее время статистика о передаче исключительных или неисключительных прав на патенты в рамках заключенных соглашений, а также статистика о размерах лицензионных платежей не разрабатывается, что не позволяет в полной мере оценить востребованность результатов вузовской науки.

Ввиду отсутствия официальной статистической информации об общем количестве патентов, полученных и поддерживаемых вузами, а также их востребованности в виде заключенных лицензионных соглашений с указанием стоимостных характеристик, рассмотрим коммерциализацию результатов университетской науки на примере вузов, подведомственных Минобрнауки России.

В 2010 году вузами Минобрнауки России было подано порядка 8000 заявок на выдачу патентов, что составляет около 20% в общем объеме поданных заявок российскими заявителями. В общем объеме действующих патентов (около 260 тыс. единиц), по данным на 2010 год, поддерживаемые вузами Минобрнауки России 11 тыс. единиц патентов составили порядка 4%. По сравнению с 2010 годом в 2011 году число поддерживаемых вузами патентов увеличилось с 11345 ед. до 11822 ед.; число заявок на объекты промышленной собственности сохранилось на достигнутом уровне (7683 заявки в 2010 году, 7610 заявок в 2011 году).

Что касается востребованности результатов вузовской науки, то в основном лицензионные договора на право использования объектами интеллектуальной собственности вузов заключаются с российскими организациями. В частности, в 2010 году в отношении патентов вузов, подведомственных Минобрнауки России, было заключено порядка 500 лицензионных соглашений, а в 2011 году – 1454 соглашения. Заинтересованность в запатентованных результатах вузов, подведомственных Минобрнауки России, со стороны зарубежных организаций остается минимальной: в 2010 году заключено – 8 лицензионных соглашений, в 2011 году – 16 соглашений. Финансовые параметры соглашений не раскрываются. На этом фоне резко контрастирует объем премий, наград и почетных дипломов, исчисляемых на уровне 32 тысяч единиц (в среднем, ежегодно около 100 ед. на вуз).

По данным [3; 4], в 2011 году число хозяйственных организаций, образованных вузами, составило 1453 ед., увеличившись на 639 ед. по сравнению с 2010 годом. Следует обратить внимание, что количество заключенных лицензионных соглашений тесно коррелирует с числом образованных хозяйственных обществ, что свидетельствует о низком спросе на вузовские патенты со стороны организаций, не аффилированных с вузами. Вместе с тем, высокая динамика создания хозяйственных обществ пока не подкрепляется очевидными результатами их функционирования.

В целом федеральная инициатива по предоставлению вузам возможности коммерциализировать результаты интеллектуальной деятельности посредством передачи их в уставный капитал создаваемых хозяйственных обществ пока себя не оправдала, поскольку подавляющее большинство вузов не может предъявить конкурентоспособные результаты на открытом рынке.

Результативность вузовской науки: ретроспективный анализ финансовых показателей

Подытоживая анализ вузовского сектора науки, рассмотрим представленную в табл.7 динамику значений финансовых показателей научной деятельности российских вузов, которая позволяет сделать следующие выводы.

Таблица 7. Основные финансовые параметры вузовской науки.
Год 1995 2000 2005 2006 2007 2008 2009 2010
Внутренние затраты на исследования и разработки в секторе высшего профессионального образования, млрд.руб. (1995 г. – трлн.руб.) 0,66 3,49 13,34 17,64 23,47 28,87 34,64 43,71
Удельный вес вузовской науки в общих затратах на исследования и разработки, % 5,41 4,55 5,78 6,11 6,33 6,70 7,13 8,35
Выработка на 1 занятого исследованиями и разработками в вузовской науке, тыс.руб. (1995 г. – млн.руб.) 12,63 85,55 306,62 396,63 478,44 606,55 714,30 820,30
Примерная расчетная среднемесячная заработная плата занятого исследованиями и разработками в вузовской науке, тыс.руб. (1995 г. – млн.руб.) 0,53 3,56 12,78 16,53 19,94 25,27 29,76 34,18
Средства вузов, израсходованные на исследования и разработки, млн.руб. (1995 г. – млрд.руб.) 16,00 58,10 181,20 592,10 890,00 518,10 327,20 508,20
Удельный вес средств вузов, израсходованных на исследования и разработки, в общих затратах на исследования и разработки, % 0,13 0,08 0,08 0,21 0,24 0,12 0,07 0,10
Удельный вес средств вузов, израсходованных на исследования и разработки, в общих затратах на исследования и разработки в секторе высшего образования, % 2,43 1,67 1,36 3,36 3,79 1,79 0,94 1,16
Источник: рассчитано по данным [1].


Во-первых, по общему объему средств на исследования и разработки, осваиваемому вузовской наукой, в 2010 году она немногим превысила объем финансирования программы фундаментальных исследований РАН и ее региональных отделений (43,71 млрд. руб. и 42,39 млрд. руб. соответственно). При этом следует отметить, что по сравнению с финансированием РАН рассматриваемые деньги вузовской науки не имеют статус зарезервированных, за исключением средств учредителей, направляемых в государственные (муниципальные) вузы для выполнения тематического плана НИР (с 2012 года – государственного задания на НИР), удельный вес которых достигает, по предварительным оценкам, 10%. Значительная часть финансирования вузовской науки была привлечена из внутреннего и внешнего рынка исследований и разработок, в том числе из системы государственных закупок.

Во-вторых, сопоставление удельного веса исследователей вузовской науки в общем их количестве (табл.4) и удельного веса затрат на исследования и разработки, «отрабатываемые» вузовской наукой (табл.7), позволяет установить их синхронную положительную динамику. Вместе с тем, на протяжении рассматриваемого временного периода для вузовской науки значение структурного параметра относительно исследователей устойчиво превышает на 2 процентных пункта значение структурного параметра для объемов финансирования (например, в 2010 году соответственно 10,5% и 8,35%). Если сопоставлять удельный вес вузовской науки в общей численности занятых в секторе исследований и разработок и структурный параметр по объему финансирования (в 2010 году соответственно 7,2% и 8,35%), то в этом случае производительность вузовского сегмента оценивается несколько выше среднего уровня по всей российской науки.

В-третьих, в продолжение вопроса о производительности в науке необходимо отметить достаточно высокий уровень выработки на одного занятого в вузовской науке, определяемый как отношение объемов финансирования научных исследований в вузах к общей численности занятых исследованиями и разработками, не ограничиваясь только исследователями. В 2010 году удельная выработка в вузовской науке составила 127% от уровня производительности труда в среднем по экономике страны и определила вполне приемлемую заработную плату (в 2010 году 34,2 тыс. руб.). Расчетный уровень заработной платы определялся исходя из того, что в объеме средств по исследовательским проектам фонд оплаты труда составляет не менее 50% при умеренных накладных расходах организации (порядка 20%).

В-четвертых, усиление участия вузовской науки в выполнении исследований для внешних заказчиков и сохраняющаяся продолжительное время минимальная исследовательская активность, финансируемая за счет собственных средств вузов (менее 1% в общих затратах на исследования и разработки), свидетельствует о том, что вузовская наука все еще находится на этапе накопления компетенций, наращивания эффекта масштаба. Можно сказать, что благодаря в основном государственной поддержке университетская наука переживает экстенсивный рост, пока не перешедший в качественные изменения, которые должны выразиться в том числе и в повышении результативности научной деятельности вузов.

Усиливающийся экстенсивный рост вузовского сектора науки по основным социально-экономическим показателям в определенный период должен сопровождаться качественным усилением. Когда и в какой форме это может произойти? Ответ на данный вопрос будем искать в программах долгосрочного развития самих вузов и официальных документах.

Стратегическое позиционирование вузовской науки: инсайдерское видение и государственная позиция

На протяжении всего постсоветского периода вузовское сообщество так и не смогло сформулировать цели своего развития и университетской науки в частности. Доминирование государственных вузов, ректоры которых являются государственными служащими, отчасти объясняет данную неспособность или невозможность формулирования и отстаивания инициатив в области стратегического развития университетов. В то же время негосударственные вузы, корпоративные университеты не могут взять на себя эту функцию, поскольку для них данные вопросы еще менее актуальны, чем для государственных вузов. Объединения российских университетов, которые потенциально призваны артикулировать общие цели и задачи стратегического развития, остаются недостаточно активными. Долговременное отсутствие инициатив «снизу» не оставляет выбора, кроме как реформирование «сверху».

Одной из первых попыток, инициированных государством, по формированию стратегий развития вузов, в том числе их научной деятельности, стали конкурсы программ долгосрочного развития вузов, проведенные в 2009-2010 годах на право получения статуса «национальный исследовательский университет» (НИУ). Изначально структура документа была задана с максимальным приближением к формату федеральных целевых программ. Полагая, что именно в этих программах и содержится инсайдерское видение перспектив развития вузовской науки в лучших университетах России, рассмотрим эти документы на предмет содержательности разделов, посвященных научной деятельности, а также амбициозности значений целевых индикаторов, иллюстрирующих ее результативность.

В целом, содержание программ развития НИУ в части научно-исследовательской деятельности включает стандартные мероприятия, которые должен осуществлять по умолчанию любой современный вуз для повышения исследовательской активности, а также специфические меры, обусловленные отраслевой принадлежностью вуза, системой взаимодействий со сложившейся сетью партнеров и другими обстоятельствами. В то же время стратегии развития вузовской науки в рамках дисциплинарных направлений определить не представляется возможным.

Относительно типового перечня показателей, характеризующих результативность научно-инновационной деятельности 27 НИУ, прошедших конкурсный отбор, необходимо отметить их общую малосодержательность и пригодность скорее для целей отчетности о достижении запланированных значений, чем для идентификации реальных сдвигов в научной деятельности вуза (табл.7).

Таблица 7. Характеристика показателей научно-инновационной деятельности НИУ.
Показатель Характеристика
1 Количество статей по ПНР НИУ в научной периодике, индексируемой иностранными и российскими организациями (Web of Science, Scopus, РИНЦ), в расчете на одного НПР, ед. Показатель не информативен.
Рассматривая публикации, индексируемые в совершенно различных системах, размывается их качественный уровень, что позволяет обеспечить относительно легкую достижимость заданного значения показателя (в том числе благодаря наличию у НИУ собственных журналов, индексируемых РИНЦ).
Целесообразно выделять в отдельную категорию публикации в журналах, индексируемые в Web of Science не только в удельном, но и в абсолютном выражении.
2 Доля доходов от НИОКР из всех источников по ПНР НИУ в общих доходах НИУ, % Показатель информативен (при определении его минимальных значений), является одним из критериев отнесения вуза к числу НИУ, иллюстрирует востребованность и конкурентоспособность научного потенциала вуза.
3 Отношение доходов от реализованной НИУ и организациями его инновационной инфраструктуры научно-технической продукции по ПНР НИУ, включая права на результаты интеллектуальной деятельности, к расходам федерального бюджета на НИОКР, выполненные НИУ, % Показатель не информативен.
Привязка доходов НИУ к расходам федерального бюджета на НИОКР, выполненных НИУ, не обосновывается. Содержательное назначение показателя размыто.
4 Количество поставленных на бухгалтерский учет объектов интеллектуальной собственности по ПНР НИУ, ед. Показатель не информативен.
Прикладная значимость и востребованность объектов интеллектуальной собственности НИУ не отражается. Плановые значения показателя легко достижимы.
5 Доля ОКР по ПНР НИУ в общем объеме НИОКР НИУ, % Показатель не информативен.
Содержательная нагрузка показателя не раскрывает результативность вузовской науки. Значение показателя легко подвергается изменению. Более того, ОКР не могут быть признаны более важными, чем фундаментальные исследования.
6 Количество научных лабораторий по ПНР НИУ, оснащенных высокотехнологичным оборудованием, ед. Показатель не информативен.
Не учитывается потенциал лабораторий и их достаточность для НИУ. Не определены критерии высокотехнологичного оборудования, а также достаточной оснащенности оборудованием. Значение показателя легко достижимо.

Единственное исключение составляет такой показатель, как доля доходов от НИОКР из всех источников по ПНР НИУ в общих доходах НИУ. В программах развития вузов ценность данного показателя занижена, поскольку он не является приоритетным при определении и подтверждении статуса НИУ. С одной стороны, определенное минимальное значение данного параметра (например, 25%) может выступить квалификационным барьером, преодоление которого позволяет вузу считаться исследовательским. Кроме того, чем выше значение данного показателя, тем больше внимания необходимо уделять вузовскому менеджменту по развитию науки. ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009-2013 годы, являясь юридическим инструментом для финансирования программ развития НИУ, предусматривает целевое значение для показателя на момент окончания Программы на уровне 28%. В табл.8 приведены плановые значения показателя по всем НИУ к 2013 году, анализ которых позволяет сделать следующие выводы.

Таблица 8. Значения удельного веса доходов от НИОКР из всех источников по ПНР НИУ в общих доходах НИУ (в 2013 году, по данным программ развития НИУ).
Наименование НИУ Доля доходов от НИОКР из всех источников по ПНР НИУ в общих доходах НИУ, %
Белгородский государственный университет 26,0
Иркутский государственный технический университет 9,6
Казанский государственный технический университет им.А.Н.Туполева 32,0
Казанский государственный технологический университет 43,1
Мордовский государственный университет им. Н.П.Огарева 11,3
Московский авиационный институт 17,0
Московский государственный строительный университет (МГСУ) 15,0
Московский государственный технический университет им.Н.Э.Баумана 34,0
Московский физико-технический институт 31,0
Московский энергетический институт 33,0
Национальный исследовательский технологический университет «МИСиС» -*
Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики» 25,0
Национальный исследовательский университет «МИЭТ» 37,9
Национальный исследовательский ядерный университет «МИФИ» 39,0
Нижегородский государственный университет им. Н.И.Лобачевского 15,0
Новосибирский государственный университет 22,0
Пермский государственный университет 20,7
Пермский национальный исследовательский политехнический университет 39,0
Российский государственный медицинский университет 10,4
Российский государственный университет нефти и газа им.И.М.Губкина 24,4
Самарский государственный аэрокосмический университет им. акад. С.П.Королева 34,0
Санкт-Петербургский академический университет - научно-образовательный центр нанотехнологий РАН 36,5
Санкт-Петербургский государственный горный институт им. Г.В.Плеханова 30,0
Санкт-Петербургский государственный политехнический университет 13,3
Санкт-Петербургский государственный университет информационных технологий, механики и оптики 26,0
Саратовский государственный университет им.Н.Г.Чернышевского 18,0
Томский государственный университет 28,0
Томский политехнический университет 23,0
Южно-Уральский государственный университет 6,0
* Программа развития НИУ не включает рассматриваемый показатель.


Во-первых, сравнительно высокие значения показателя (свыше 25%) позволяют формально сделать вывод о том, что наука во многих НИУ должна переживать период расцвета, а сами НИУ – являться лидерами в профильных научных направлениях, чего в реальности не наблюдается. Даже НИУ «Высшая школа экономики», известный своими успехами в получении государственных заказов на выполнение НИР, устанавливает менее амбициозные значения показателя, чем, скажем, МИФИ, МИЭТ или Казанский государственный технологический университет.

Во-вторых, для ряда НИУ весьма низкие плановые значения показателя просто не соответствуют их исследовательскому статусу (например, Южно-Уральский государственный университет, Иркутский государственный технический университет). В то же время данный вывод может быть признан некорректным, если абсолютный размер доходов от НИОКР достаточно внушителен либо удельный вес рабочего времени научно-педагогических работников, затраченного на исследования и разработки, в общем фонде рабочего времени составляет не менее 50%. Следует отметить, что именно структура рабочего времени является определяющей для американских университетов, на основании которой признается его образовательный либо исследовательский профиль. Более того, удельный вес «исследовательского» фонда рабочего времени, как правило, указывается в контрактах профессорско-преподавательского состава в университетах США.

В области написания и утверждения программ развития от НИУ не отстали и авангардные университеты России: МГУ и СПбГУ (хотя именно они логичным образом должны были стать пионерами в этом процессе). Их программы развития были практически одновременно утверждены распоряжениями Правительства Российской Федерации 27 сентября 2010 г. N1617-р и от 7 октября 2010 г. N1696-р соответственно. Некоторые индикаторы развития науки в МГУ и СПбГУ и их значения представлены в табл.9.

Таблица 9. Индикаторы развития науки в МГУ и СПбГУ.
Год Общая численность научно-педагогических работников, тыс.чел. Доля доходов, получаемых за счет выполнения НИОКР в общем объеме доходов, % Общая численность студентов, аспирантов, докторантов, соискателей, обучающихся за счет средств фед. бюджета с полным возмещением затрат, тыс.чел. (МГУ)* Количество научных публикаций научно-педагогических работников в журналах списка Web of Science, тыс.ед. (СПбГУ)*
МГУ СПбГУ МГУ СПбГУ
2010 18,0 4,90 11,0 11,0 40,0 1,00
2011 19,6 4,90 11,4 13,0 43,0 1,25
2012 20,4 5,10 12,8 13,0 45,0 1,40
2013 21,4 5,20 14,7 14,0 47,0 1,55
2014 22,2 5,30 17,1 16,0 48,0 1,70
2015 23,0 5,40 20,0 18,0 50,0 1,80
2016 24,6 5,42 22,9 20,0 56,0 1,90
2017 25,4 5,44 24,8 22,0 59,0 2,00
2018 26,4 5,46 28,8 25,0 63,0 2,05
2019 27,2 5,48 33,8 28,0 67,0 2,10
2020 28,0 5,50 40,0 30,0 70,0 2,15
* Значения показателей имеются только в программе развития одного из университетов.
Источник: составлено на основе Программ развития МГУ и СПбГУ.


Информация табл.9, характеризующая отдельные аспекты перспективного облика науки в МГУ и СПбГУ, позволяет сделать следующие выводы.

Во-первых, закладываемая в МГУ и СПбГУ динамика увеличения общей численности научно-педагогических работников (на 55,6% и 12,5% соответственно к 2020 году по сравнению с 2010 годом) резко контрастирует с масштабами увеличения удельного веса доходов от НИОКР в общих доходах вузов (соответственно в 3,6 раза и 2,7 раза за аналогичный период). По данным федерального закона от 30 ноября 2011 года N371-ФЗ в 2012 году объем бюджетного финансирования МГУ составил 12,28 млрд. руб. Соответственно абсолютный размер доходов МГУ от НИОКР должен быть не менее 1,7 млрд. руб., или в удельном выражении 81 тыс. руб. на 1 научно-педагогического работника. Расчетные значения аналогичных показателей для СПбГУ должны составить соответственно не менее 1,34 млрд. руб. и 263 тыс. руб./чел. (при финансировании из федерального бюджета в размере 9 млрд. руб., не включая бюджетные инвестиции).

Для сравнения, по России в целом отношение объема затрат на исследования и разработки к сумме занятых в высшем образовании и секторе исследований и разработок в 2010 году составило 316 тыс. руб./чел. На этом фоне полученная для МГУ плановая оценка удельного размера доходов от НИОКР в расчете на 1 научно-педагогического работника выглядит существенно заниженной. Таким образом, соотношение кадрового потенциала и объемов финансирования, в том числе ожидаемого от научной деятельности, показывает, что для МГУ удельный вес доходов от НИОКР необходимо увеличивать не менее чем в 3 раза для достижения среднего уровня по стране. Данный вывод позволяет определить дополнительный показатель к индикатору «Доля доходов, получаемых за счет выполнения НИОКР в общем объеме доходов».

Во-вторых, исходя из программ развития университетов, научная специализация СПбГУ более ярко представлена, чем в МГУ. Ожидается, что в СПбГУ публикационная активность научно-педагогических работников в элитных мировых журналах должна увеличиться в 2 раза (с 0,2 публ./чел. в 2010 году до 0,4 публ./чел. к 2020 году). В программе развития МГУ данный показатель вообще отсутствует, однако планируется 75-процентный прирост бюджетных мест для обучающихся (видимо, за счет увеличения государственного задания).

В целом сочетание образовательной и научной деятельности является одним из ключевых вопросов для современных университетов. Если определить минимальный уровень развития науки в вузе еще как-то можно, то оценка достаточности (избыточности) науки вряд ли имеет смысл. Науки как деятельности по открытию новых знаний не может быть слишком много – она может быть ограничена только имеющимися у организации ресурсами, возможностями и востребованностью результатов. Следует отметить, что востребованность не является таким уж серьезным фактором при принятии решения об усилении либо ослаблении исследовательской активности. Не исключено, что практическая значимость результатов может никогда не наступить не только в силу низкого качества научных результатов, но и по причине экономического отторжения любых новых знаний. Однако это не является основанием имитации научной деятельности либо и вовсе отказа от интеллектуального развития. Правда, в таких неблагоприятных условиях на первый план выходит вопрос о том, за чей счет будет осуществляться интеллектуальное развитие и повышение качества научных результатов.

Наряду с доходами от выполнения научных работ для внешних заказчиков большое значение имеют собственные средства вуза. В настоящее время, пожалуй, единственным надежным источником собственных средств вуза для финансирования научных исследований являются поступления от реализации на коммерческой основе образовательных программ. Вложение в науку собственных средств отчасти будет гарантировать от имитации научной деятельности и способствовать рациональному их использованию, вовлечению в научную деятельность студентов. Учитывая изложенное, в стоимость образовательных услуг университета следует закладывать исследовательскую составляющую. Исходя из наблюдений, можно сказать, что темп прироста расходов на исследования и разработки у вузов, стремящихся быть лидерами в своей области, в отсутствии искусственного сдерживания будет превосходить темп прироста доходов университетов (университетское приложение закона Вагнера).

Обзор инсайдерского видения перспектив развития науки в государственных вузах, проведенный на основе ряда программ долгосрочного развития университетов, показывает следующее.

Во-первых, вузовская наука не рассматривается как «высшая лига» в секторе исследований и разработок, генерирующая прорывные результаты в науке и технике. Претензии вузов на лидерство в научно-технологическом комплексе пока не имеют под собой оснований. Специализация вузов на прикладных и фундаментальных научных исследованиях достаточно размыта, и, скорее всего, перевес фундаментальных исследований выглядит более оправданным. Специализация на прикладных исследованиях, проведении опытно-конструкторских работ предполагает наличие материально-технической базы (например, опытных заводов), сопоставимой по уровню с ведущими производственными предприятиями. С экономической точки зрения для подавляющего большинства вузов такие инвестиции вряд ли будут возможны и оправданны.

Во-вторых, является избыточным стремление вузов коммерциализировать научную деятельность в виде доходов от НИОКР, доходов от использования охраноспособных результатов интеллектуальной деятельности. Следует также отметить, что в программах развития отдельно не рассматриваются собственные расходы вузов на научные исследования.

В-третьих, не находит своего решения проблема сочетания образовательной и научной деятельности с переводом последней на профессиональную систематическую основу. Перспективный облик вузовской науки с возможно усиленным научным сегментом поставит под сомнение автономию научных учреждений государственных академий наук и поднимает вопрос о передаче их вузам. Таким образом, современная вузовская система может выглядеть как симбиоз сегодняшних вузов и научных учреждений государственных академий наук.

В-четвертых, сохраняется несоответствие административного подчинения государственных вузов их научному профилю, когда функции учредителя осуществляет федеральный орган исполнительной власти, не имеющий отношения к вопросам отрасли, в которой специализируется вуз. В этой связи подведомственность более половины государственных вузов Минобрнауки России является предметом для пересмотра с возможным переподчинением вузов отраслевым федеральным, либо региональным органам исполнительной власти.

Учитывая специфику вузовской науки, ее близость с образовательной деятельностью, представляется возможным сформулировать стратегическую цель ее развития. По нашему мнению, стратегической целью вузовской науки является расширение масштабов научной деятельности до уровня, сопоставимого по значениям основных экономических показателей с образовательной деятельностью, раскрытие научного потенциала талантливой молодежи и достижение результативности, предполагающей устойчивое получение научных результатов, в том числе научных результатов, востребованных национальной экономикой и соответствующих мировому уровню.

Соответственно для реализации стратегической цели предполагается решение следующих задач:

1) развитие кадрового потенциала научных подразделений и научно-технических организаций при вузах;

2) развитие материально-технической базы, поддержание ее в достаточном объеме и на современном уровне;

3) обеспечение достаточного и стабильного финансирования научной деятельности посредством сочетания собственных и привлекаемых средств;

4) усиление взаимодействий с корпоративным сектором и системой государственного (муниципального) управления;

5) усиление интеграции вуза в мировую науку.

Следует отметить, что обозначенные задачи во многом известны, однако на практике трудно выполнимы. Реализация же данных задач иллюстрирует идеальную схему функционирования не только вузовской науки, но и любой научной организации.

Установленные для российских вузов задачи вхождения в верхнюю часть мировых рейтингов, повышение публикационной активности в мировых научных журналах, индексируемых в базе данных Web of Science, вместе с обязательствами государственной социальной политики довести к 2018 году среднюю заработную плату преподавателей образовательных учреждений высшего профессионального образования и научных сотрудников до 200% от средней заработной платы в соответствующем регионе, составляют текущий вектор государственной стратегии развития вузовской науки, и закладывают качественные изменения в вузовской науке.

Совмещение государственного видения университетской науки и вузовских предпочтений позволяет рассчитывать на достижение данных показателей, хотя даже их невыполнение не станет для вузов каким-либо поражением. Важно подчеркнуть, что достижению показателей должно аккомпанировать новое качество научной жизни в вузах, инициируемое, поддерживаемое и развиваемое самими университетами.

***

Работа выполнена по гранту Президента Российской Федерации для государственной поддержки молодых российских ученых и ведущих научных школ (проект МК-3351.2012.6). Автор признателен В.В.Сергеевой, Т.Р.Кондратьевой и А.А.Ширяеву за помощь в подготовке материалов для данной статьи.

Литература

  1. Российский статистический ежегодник. 2011: Стат.сб./Росстат. М., 2011.
  2. Индикаторы науки: 2012: стат. сб. М.: Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», 2012.
  3. Научный потенциал вузов и научных организаций Министерства образования и науки Российской Федерации. 2011/ Под ред. В.В.Качака – СПб.: СПбГЭтУ, 2012.
  4. Научный потенциал вузов и научных организаций Министерства образования и науки Российской Федерации. 2010/ Под ред. В.В.Качака – СПб.: СПбГЭтУ, 2011.
  5. Информационно-статистические материалы «Развитие научных организаций, входящих в государственный сектор экономики». М.: ЦИСН, 2012.
Александр Гусев

Написать комментарий

правила комментирования
  1. Не оскорблять участников общения в любой форме. Участники должны соблюдать уважительную форму общения.
  2. Не использовать в комментарии нецензурную брань или эвфемизмы, обсценную лексику и фразеологию, включая завуалированный мат, а также любое их цитирование.
  3. Не публиковать рекламные сообщения и спам; сообщения коммерческого характера; ссылки на сторонние ресурсы в рекламных целях. В ином случае комментарий может быть допущен в редакции без ссылок по тексту либо удален.
  4. Не использовать комментарии как почтовую доску объявлений для сообщений приватного характера, адресованного конкретному участнику.
  5. Не проявлять расовую, национальную и религиозную неприязнь и ненависть, в т.ч. и презрительное проявление неуважения и ненависти к любым национальным языкам, включая русский; запрещается пропагандировать терроризм, экстремизм, фашизм, наркотики и прочие темы, несовместимые с общепринятыми законами, нормами морали и приличия.
  6. Не использовать в комментарии язык, отличный от литературного русского.
  7. Не злоупотреблять использованием СПЛОШНЫХ ЗАГЛАВНЫХ букв (использованием Caps Lock).
Отправить комментарий
21.10.2012 0 0
МАЛЬКОВЕЦ НАТАЛЬЯ ВЛАДИМИРОВНА:

Да, согласна со всем вышесказанным. Вот у нас, например, последнее требование УМО: напротив каждого экзаменационного вопроса указать, какие компетенции формируются. Я смеюсь - знание реформ Ивана Грозного какие компетенции сформирует? Наверное, мы должны дойти до полного маразма, пережить все это, осознать, потом будем приходить в себя и включать разум.

21.10.2012 0 0
Алекс:

Критик правильно указал, проблемы вузовской науки это запредельная нагрузка преподавателей, 800-900 часов это больше школьных учителей, да и вообще мировой рекорд для высшей школы. Плюс помноженная на самые низкие зарплаты в мире (надо от этого отталкиваться, а не обещаний) и забюрократизированность вузов, отсутствие элементарных условий для другой работы кроме аудиторной. Итог, какой есть, еще очень хорош для такой ситуации… Отсюда и все предложения, которые можно набросать без массы таблиц: сократить аудиторную нагрузку до 300 часов на ставку, повысить зарплату до конкурентного уровня вузовских преподавателей тех стран с которыми хотим равняться; Бразилия? Так 2-3 тысячи долларов; Британия? 4-5 тысяч фунтов. Предоставить преподавателям элементарные кабинеты с компьютерами. Самое современное научное оборудование для естественных факультетов так само собой разумеющееся. И ситуация начнет меняться, не сразу, чудес не бывает, но начнет. Все остальные рассуждения будут просто сотрясением воздуха.

19.10.2012 0 0
Олег Высочанский:

Вот и получается, что пишем для количества. Вот и вся наука. На мой взгляд это делается специально властью, чтобы научные и педкадры не могли остановиться и спокойно обдумывать ситуацию. И ЗП у них низкая, чтобы ноги в руки и бегать с утра до вечера - и мыслей никаких не возникало. Смотришь лет через пять многие подомрут, кто-то не выдержит гонки - и останутся одни бездумные бараны, гони куда хожь!

19.10.2012 0 0
А.М. Самолетовский:

Уважаемый г-н Высочанский! Заказчик ее "вкусил", подписав бумаги о приеме работы. Одним из условий является публличное доведение части итогов работы. Требование - типичное для грантов РФФИ, РГНФ...и здесь нет исключения... Другая глупость, которая сейчас есть - ПРНДИ (показатели результативности научной деятельности), поскольку правила начисления баллов утверждает руководство ВУЗа, НИИ, которое в первую очередь заинтересовано в публикации статей в изданиях организации, а не во внешних. В итоге, например за публикацию в журнале организации - Вы получите 20 баллов, за 1 печатный лист (40000 знаков), а во внешнем издании - не важно каком - всего 4!НЕ БРЕД? А потом смотрят, у одного всего например 120 баллов, при этом он опубликовал 30 статей во внешних известных журналах, а у другого - всего 6 публикаций во внутреннем! Как это может быть сопоставимо? Какая мотивация будет у начинающего исследователя? В таблице 9 показано, что к 2020г. в МГУ 40% дохода - по НИР...В итоге приходим к усилению плавающих ставок, на основании которых рассчитывается вознаграждание и это увы, но может породить сильную дифференциацию между начинающими и уже состоявшимися. Рост диффирианции - лишь усилит желание народа приходить защищаться, оставаться возможно по совместительству на работе в ВУЗе и все... В школах Москвы ситуация не лучше - для натягивания результатов - гонят материал так, что диву даешься...Для чего? - чтобы получить дополнительное финансирование в виде грантов.... Итог - школяры мало что знают... Особенно это сильно проявляется на уроках иностранного языка, что только стимулирует развитие репетиторства с преподами из школы во внеучебное время на платной основе, ... Вот так реформируемся)

18.10.2012 0 0
Олег Высочанский:

Уважаемый А.М. Самолетовский. Если это статья грантовская (заказная), то пусть её "кушает" заказчик. Но зачем баламутить народ! Пиши уже для народа как есть, или только за деньги продаваться!?

18.10.2012 0 0
А.М. Самолетовский:

Уважаемый критик! Представленная здесь статья/материал - обобщение части исследования, выполненного под заказ (Работа выполнена по гранту Президента Российской Федерации для государственной поддержки молодых российских ученых и ведущих научных школ (проект МК-3351.2012.6)), в соответствие с требованиям заказчика! Отсюда и такая тональность всей статьи... Насчет жирования в верхах ВУЗов - ВЫ правы абсолютно и это знают все... Зарубежом тоже не ВАНИЛЬНЫЕ ОБЛАКА в данном вопросе - там тоже самое, только зачастую нам это подают как рай! А мы как общество лишенное мозгов проглатываем один за другим их стандарт - на организацию процесса обучения, НИОКР... Безусловно, что-то можно взять и интегрировать оттуда для улучшения показателей и эффективности, но у нас в большинстве случаев наблюдается тотальное бездумное копирование... Как писал г-т Тютчев "Умом Россию не понять Аршином общим не измерить У ней особенная стать В Россию можно только верить"... Будем верить))) что и в условиях новой России нам удастся сохранить и преумножить наше образование...

17.10.2012 0 0
критик:

Зимин прав в том, что в статье слишком много бюрократии, прям чиновный отчет какой-то. Лень наверно было сокращать отчет по гранту, потому автор его так и повесил. Статья все-таки перегружена малоинформативными таблицами. При том качественной информации мало. Выводы опять же чиновно-бюрократические, хотя некоторые и полезны, конечно. Однако гора родила мышь. Автор сам-то в вузе не работает – не разгружает аудиторную нагрузку. Потому его кабинетная теория элементарно оторвана от практики вузовской работы. Вместо расчетов цифр в столбиках стоило бы провести экспертный интервью. Обьясняю популярно, почему наука в российских вузах похожа на тифозного больного, несмотря на квазиусилия и бутафорию чиновников всех уровней : 1. Никто не спорит, новые знания должны генерироваться – это нужно и для учебного процесса. Но вузовским чиновникам нужны в основном галочки – форма, а не содержание. Поставить галочку, чтоб не лишиться руководяще-бюрократического поста. Отсюда – отписки и имитация, профанация. НО и это все-таки луше чем полное невежество и поголовная неграмостность. 2. Львиную часть денег по госгрантам получает топ-администрация вузов. Просто по феодальному праву подписи бумаг. Иначе бумаги никто никуда не пропустит. Потому рядовые исполнители не слишком мотивированы к своей и так огромной учебной нагрузке пахать еще и в нирах, для того чтобы заработать (дома на подоконнике) прибавку ректору-проректору-декану к их и так уже не хилой ЗП. Сравните ЗП ассистента и деканов-ректората. Администрация вузов в аудиториях почти НЕ бывает, за нее там пашет простой ППС. Т.е. народ – в поле (в аудитории со студентами) – это пока администрация что-то там администрирует. Пока гранты дают вузам, а не частным исследователям (как на Западе) ситуация науч-феодализма мало имеет шансов измениться. 3. у ППС элементарно нет ни столов ни стульев для ведения НИРов. И даже если бы ППС горел африканской страстью вести НИР, это элементарно негде ему делать. Один допотопный комп на 10 препов – это не условия для ведения НИРов, согласитесь. Тогда как в самом замшелом западном вузике у каждого не то что ассистента, но и аспиранта – собственный офис с компом и всем необходимым для НИР. Нет условий элементарно у российских ППС вести Никакие НИР, кроме отписки. Странно, почему об этом не говорят. 4. Слишком забюрократизирован процесс администрирования НИРов. У препов нет ни время ни желания играть в бюрократические игры с вузовскими чиновниками за три копейки денег. 5. Нет статей в международных журналах? А когда их российских преп будет писать? Он же в аудитории работает, потом метод- работой занимается и инфо ищет для занятий. Кроме того, за публикационную активность в 99% российских вузов никто ничего не платит. Как вы думаете, ассистенту с ЗП 5 тыс рублей в месяц совсем делать больше нечего, кроме как писать статьи в иностранные журналы? Просто чтоб ректору повесили на грудь очередную медаль и выдали госпремию? А доценту с ЗП 10 тыс тоже заняться больше нечем? Он элементарно кушать хочет, в отличие от ректора-декана, который хочет очередную виллу на лазурном берегу. НУ а если этот ассистент знает-таки английский и голова у него в порядке, то он вовсе и не ассистент уже, а высокооплачиваемый сотрудник инофирмы и видал он вузовские НИРы и вузовскую плутогерантократию в белых тапках. Наивность госчиновников от науки просто удивляет. Мечтать-то конечно не вредно. Однако прежде чем заикаться о международных рейтингах, нужно видеть ресурсную базу российских вузов. Этого госчиновники в своих евро-креслах и евро-кабинетах не понимают . Вот пока она не будет на уровне западных университетов – о местах в рейтингах заикаться преждевременно. Когда ЗП российского препа сравняется с западной, когда у него будет персональный оборудованный офис и элементарная возможность ежегодно ездить на конференции в дальнее зарубежье, когда грант будет получать реально исследователь, а не вузовский чиновник-бюрократ на воспроизводство бюрократии же, когда эта вузовская наука реально хоть кому-то будет нужна (а не деньги с платных буратин) – вот тогда и можно уже начинать обсуждать ведущие места в мировых рейтингах. А так, со свиным-то рылом (голой задницей) да в калашный ряд мировой науки.. Не будем наивными, господа. Сначала надо перевернуть всю феодально-бюрократическую систему рос-образования и науки. Вывести ее на открытую конкурентную основу из дебрей рабовладельческого строя, а только потом мечтать о мировом уровне. Эпоха построения коммунизма (и бесплатного ком-труда) в отдельно взятой стране давным давно закончилась. Вместо бюрократических опусов и отчасти банальных утверждений автору стоило бы дать конструктивные предложения - что делать. Это уже не арифметическая задача.. сказывается перегрузка школьной программы РФ арифметическими дисциплинами в ущерб развитию креативности мышления.

Показать еще комметарии (2)

Статьи

Ликвидация перебежчика. Что стоит за убийством Вороненкова в Киеве?

Ликвидация перебежчика. Что стоит за убийством Вороненкова в Киеве?
Политика

Цивилизационный кризис либерализма. Что отняли у России 25 лет реформ?

Цивилизационный кризис либерализма. Что отняли у России 25 лет реформ?
Экономика

«Уникальное явление: работающие бедные». Как в правительстве нашли средство борьбы с бедностью россиян

«Уникальное явление: работающие бедные». Как в правительстве нашли средство борьбы с бедностью россиян
Экономика 1

«Замочен в сортире». О чем говорит смерть топ-менеджера «Роскосмоса»

«Замочен в сортире». О чем говорит смерть топ-менеджера «Роскосмоса»
Политика

Узнай, страна

Омские ремесленники продемонстрировали свое мастерство в областном Экспоцентре

Омские ремесленники продемонстрировали свое мастерство в областном Экспоцентре

Кировский завод «Росплазма» возродят после 12-летнего простоя

Кировский завод «Росплазма» возродят после 12-летнего простоя

Новости компаний

Петрозаводский государственный университет приглашает на День открытых дверей

Петрозаводский государственный университет приглашает на День открытых дверей

Президент ТПП РФ Сергей Катырин: Палата окончательно определилась с неналоговыми платежами

Президент ТПП РФ Сергей Катырин: Палата окончательно определилась с неналоговыми платежами

Разное

Наши
партнеры

«Деловая Россия» — союз предпринимателей нового поколения российского бизнеса
«Терралайф» - рекламное агентство полного цикла
Dawai - Австрия на русском: новости, туризм, недвижимость, объявления, афиша
МЭЛТОР - мастер электронных торгов
Капитал страны
ВКонтакте