Деньги следует понимать не как нейтральный агрегат или «вуаль» над реальной экономикой?

Ключевая идея Мерлинга — иерархия денег. На верхнем уровне находятся наличные и резервы центрального банка, ниже — обязательства коммерческих банков, еще ниже — паи фондов денежного рынка, а теперь и стейблкоины. Чем ниже уровень, тем сильнее зависит паритет от доверия к конкретному эмитенту. Поэтому центральный вопрос денежной теории — не только инфляция, но и способность системы удерживать обмен разных форм денег в соотношении один к одному.

Мерлинг выделял четыре цены денег: паритет, процентную ставку, валютный курс и уровень цен. Паритет обычно незаметен в спокойные времена: вкладчик не сомневается, что доллар на счете равен доллар наличными. Но в кризис именно паритет оказывается под ударом. Банки и другие эмитенты «нижних» форм денег нуждаются в поддержке более надежных институтов — прежде всего центрального банка как кредитора последней инстанции. Это показали кризисы 2007–2009 годов, когда иностранные банки получали долларовую ликвидность через ФРС.

Стейблкоины автор рассматривает как новейшую форму частных денежных обещаний. Они стремятся удерживать паритет к доллару, евро или другой валюте, однако не имеют автоматического доступа к официальной ликвидности. Их устойчивость зависит от качества резервов, прозрачности эмитента, правовой юрисдикции и способности рынка поверить в погашение по номиналу. Поэтому стейблкоин — это деньги лишь условно: в нормальное время он может выполнять платежную функцию, но в стрессовый период его паритет может разрушиться.

В денежной теории советской и российской исторически можно отметить схожий концептуальный подход. В трудах З.В. Атлас, И.А. Трахтенберга, Л.Н. Красавиной и ряда других исследователей деньги рассматривались прежде всего как форма кредитных и воспроизводственных отношений. Банковский депозит возникает одновременно с кредитом, а безналичные деньги — не просто техническая запись, а обязательство банка перед клиентом. В этом смысле «money view» и изложенная кредитная теория денег опираются на общую логику: деньги неотделимы от долга, платежа и ликвидности.

Для России особенно важна идея денежного суверенитета. Для государства критично, чтобы расчеты внутри страны велись в единой национальной валюте, а эмиссия и регулирование денежного обращения оставались под контролем Банка России. Частные цифровые инструменты не должны создавать параллельную денежную систему, ослаблять рубль как единицу счета или затруднять проведение денежно-кредитной политики.

В России эта проблема стала практической с развитием цифрового рубля, цифровых финансовых активов и обсуждением рублевых стейблкоинов. Цифровой рубль занимает верхний уровень иерархии: это прямое обязательство Банка России, аналогичное наличным деньгам, но в цифровой форме. Безналичный рубль находится ниже: это обязательство коммерческого банка, защищенное регулированием, страхованием вкладов и возможностью рефинансирования.

Рублевый стейблкоин будет занимать еще более низкое положение. Это частное цифровое обязательство, номинированное в рубле, но не тождественное ни цифровому рублю, ни банковскому депозиту. Банк России в 2026 году предложил обсудить возможный рынок рублевых стейблкоинов, однако с оговоркой: такие инструменты не должны использоваться для расчетов между резидентами, чтобы не фрагментировать внутреннее платежное пространство и не подрывать единство рублевой системы.

Иностранные стейблкоины для российского резидента представляют дополнительный риск. Их паритет определяется за рубежом, а резервы и правовые гарантии находятся вне российской юрисдикции. В российском законодательстве они рассматриваются в рамках режимов цифровых валют и иностранных цифровых инструментов, а не как законное средство платежа.

Итогом сопоставительного размышления может быть следующий тезис: финансовые инновации сначала расширяют частное создание денег, а затем требуют институционального встраивания в государственную систему. Стейблкоины повторяют путь евродолларов и фондов денежного рынка: они удобны и масштабируемы, но уязвимы без механизма гарантии паритета.

Российский подход дополняет к этому принцип денежного суверенитета. Новые цифровые активы допустимы лишь тогда, когда они не разрушают паритет рубля, не создают неконтролируемую эмиссию и не выводят расчеты из-под национального регулирования. Иначе частное обещание платежа может на время выполнять роль денег, но в момент кризиса окажется лишь непогашенным обязательством.

Автор: д.э.н., профессор кафедры мировой экономики и мировых финансов факультета международных экономических отношений Финансового университета при Правительстве Российской Федерации Игорь Борисович Туруев.