Капитал Страны
18 ОКТ, 03:29 МСК
USD (ЦБ)    57,3392
EUR (ЦБ)    67,4596
ИЗМИР

Страсти по «Башнефти». Почему «Роснефть» отказалась быть государственной компанией

3 Августа 2016 9494 2 Политика
Страсти по «Башнефти». Почему «Роснефть» отказалась быть государственной компанией

Как и предсказывали многие аналитики в 2014 году, после национализации «Башнефти» компанией заинтересуется «Роснефть», которая теперь отказывается считать себя государственной ради того, чтобы принять участие в ее приватизации. Почему в правительстве это вызывает раздражение, а президент Владимир Путин молчит?

Частная корпорация или национальное достояние?

Нефтяную компанию «Роснефть» принято считать «национальным достоянием», причем своеобразный неформальный титул, придуманный в рекламных целях, призван лишний раз подчеркнуть, насколько она значима для государства. На деле особый статус означает, что компания платит больше всех налогов и носит системообразующий характер. Сегодня «Роснефть» обеспечивает 38% российской добычи нефти и 30% ее переработки, но еще пятнадцать лет назад это была небольшая компания из третьего ряда.

Разрастись до размеров «достояния» она смогла путем скупки активов ЮКОСа, против руководства которого были заведены уголовные дела, а затем за счет одной из крупнейших сделок в мире – покупки ТНК-ВР. Обремененная долгами, «Роснефть» не исключала дальнейшего расширения и в 2014 году, когда Запад ввел против нее санкции, ограничившие доступ к международному рынку капитала и технологиям.

В «Башнефти» предчувствовали неладное и после переговоров с главой Независимой нефтяной компании Эдуардом Худайнатовым, который назвал цену, предложенную «Роснефтью», решили продать часть акций инвесторам на Лондонской бирже. Следственный комитет отреагировал немедленно: арестовал ценные бумаги, а через время в офисе холдинга АФК «Система» Владимира Евтушенкова, владевшего «Башнефтью», прошли обыски. Последовал арест бизнесмена, сколотившего состояние благодаря близости к бывшему мэру Москвы Юрию Лужкову. Судебное разбирательство, длившееся несколько месяцев, прекратилось лишь тогда, когда Евтушенков «признал ошибку» и вернул якобы незаконно приватизированную компанию государству.

То, что происходящее организовано в интересах «Роснефти», никто из наблюдателей не сомневался. Компании в сложной финансовой ситуации и с падающими показателями добычи срочно требовалась «свежая кровь» – экспансия, порой довольно агрессивная, стала чуть ли не единственным способом поддержания эффективности. В период с 2013 по 2015 год собственная добыча «Роснефти» снизилась на 3,4%, больше чем у ближайшего конкурента «ЛУКОЙЛа» в три с половиной раза. Между тем «Башнефть» владела лицензией на разработку привлекательного месторождения Требса и Титова. Но глава «Роснефти» Игорь Сечин на фоне описанных событий отрицал, что он заинтересован в покупке нефтяной компании. Однако все поменялось, как только правительство объявило о планах провести большую приватизацию в 2016 году.

Основной смысл «приватизации 2.0» заключался в том, чтобы привлечь дополнительные средства в бюджет и покрыть дефицит, образовавшийся из-за падения цен на нефть. Первоначально в списке активов, с которыми государство полностью или частично приготовилось распрощаться, значились и Сбербанк, и ВТБ, и «Роснефть». Но «слоны» отбились от планов министров, и продавать осталось компании помельче, в том числе «Башнефть», контрольный пакет которой правительство намерено реализовать примерно за 3 млрд долларов (оценка Шувалова). Неудивительно, что «Роснефть», чьи 19,5% акций тоже должны были уйти с молотка, зашла с другой стороны прилавка и подала заявку на покупку «Башнефти» – предсказания и опасения все-таки сбылись.

Однако правительству, рискующему растратить накопленные резервы уже в 2017 году, остро необходимы живые деньги, а не сложносочиненные схемы, при которых «Роснефть» займет денег у одного из государственных банков, тот выдаст их под госгарантии или запросит у Центрального банка, которому придется их напечатать под корпоративные облигации. И все это чтобы в итоге у «Роснефть» был на руках привлекательный актив, а у правительства – в лучшем случае часть денег, в худшем – голые обязательства. Более того, под влиянием либерального постулата о том, что частный собственник лучше распорядится активом, чем государство, правительство приняло закон, который гласит: компании с государственной долей более 25% участвовать в конкурсах на покупку госимущества не могут. В феврале 2016 года, когда в кабинетах Белого дома обсуждались параметры большой приватизации, пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев убеждал: «Мы этими мероприятиями (поглощением других компаний) не кормимся» и заверил, что компания не будет участвовать в покупке «Башнефти».

Но уже в июле он же стал настаивать на том, что у «Роснефти» есть такое право, поскольку компания «юридически» не принадлежит государству. Заявление, тянущее на сенсацию, попросили прокомментировать пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова, который отметил: «С формальной точки зрения "Роснефть" не является госкомпанией, это можно однозначно сказать». Так «национальное достояние» оказалось вдруг вовсе не национальным.

«Роснефть» против правительства: кто в доме хозяин?

Хотел того Песков или нет, но он поднял болезненную тему – что Россия это не совсем государство, но гигантская корпорация, причем давно приватизированная ближайшим окружением президента. Если взять «Роснефть», то 69,5% ее акций принадлежат акционерному обществу «Роснефтегаз», которое, в свою очередь, принадлежит на 100% государству, но его совет директоров возглавляет все тот же Сечин. Лишнее звено между собственностью и государством нужно, во-первых, чтобы компания управлялась как частная со всей свободой маневра, а во-вторых, чтобы создать «кормовую базу» для определенного количества бюрократии. По сути же «Роснефтегаз» можно смело считать внутренним офшором, из-за которого, между прочим, в бюджет поступает меньше денег, чем могло бы.

Запутанная система собственности не позволяет точно ответить на вопрос: это государственная или частная компания? Двойственность или, скорее, «раздвоение» юридического лица и достигаемый за счет этого эффект неопределенности играет на руку и российской власти, и «Роснефти». Когда нужно поглотить еще один актив и поправить свои показатели, компанию следует считать частной, когда же она претендует на разработку месторождений, к примеру, на арктическом шельфе, где разрешается работать только государственным добытчикам, то она уже госкомпания со всеми привилегиями.

Эта же неопределенность превращает приватизацию в своего рода национализацию, а задачу по уменьшению роли государства в экономике – в ее усиление. Встает и другой вопрос: какой закон может быть в государстве, где все подчинено тактическим интересам неких групп влияния, которые близки по своей сути к олигархии? Известно, что глава «Роснефти» Сечин виртуозный лоббист с прямым доступом «к телу» президента и огромным личным ресурсом в правоохранительных органах (выше уже упоминались «оперативные» действия Следственного комитета в отношении Евтушенкова). Его политический вес порой превосходит вес всего правительства вместе взятого, а не только отдельно вице-премьера Аркадия Дворковича, курирующего ТЭК.

Именно Дворкович сильнее всего был раздражен, узнав, что организатор приватизации «Башнефти» «ВТБ Капитал» отослал предложение «Роснефти» и компания подала заявку на участие в конкурсе. В то же время куратор приватизации вице-премьер Игорь Шувалов в начале июля показал умение быть гибким и не переходить дорогу Сечину: хорошо ли, когда госкомпания покупает частную? – задался вопросом Шувалов и засомневался. Он назвал представление о том, что частный собственник более эффективен, «схематичным». Другими словами, «Роснефть» может поглотить «Башнефть». И пусть Шувалов сдался, многим другим идея категорически не нравится. «Это же глупость какая-то, чтобы "Роснефть" участвовала: одна государственная компания участвовала в приватизации другой», – сказал помощник президента Андрей Белоусов, которому приписывают особое влияние на главу государства в экономических вопросах.

Дворкович тоже ссылался на «строгое указание Путина» приватизируемые компании государственным не продавать. Но если указа нет на бумаге, то его, как правило, и не было, в том смысле, что не предъявишь оппонентам. Путин старается не вмешиваться в споры внутри его «политбюро». Через Пескова он сообщает: есть такая точка зрения, есть другая. Главное для него – балансировать. Тем временем на смену войнам олигархов 90-х годов в корпоративном государстве пришли административные войны: заочный спор Дворковича с Сечиным тому пример.

Но надо понимать, что настойчивое желание Сечина показать, кто в доме хозяин, если оно закончится поглощением «Башнефти», будет иметь отрицательное влияние на «яблоко раздора». «Роснефть» находится под санкциями Запада, технологически не способна перевооружиться и модернизироваться, нарастить добычу, обременена крупнейшими корпоративными долгами среди российских компаний и не справляется с падением добычи. Что такая компания может дать «Башнефти», кроме как использовать ее потенциал для поправок в своей ухудшающейся отчетности?

Что сделка даст госбюджету, если у «Роснефти» нет свободных средств на покупку, и она пойдет занимать в один из государственных банков и, вполне вероятно, своими слоновьими движениями снова наведет шороху в посудной лавке финансового рынка России? Рубль, как в декабре 2014 года, может резко девальвироваться за день, ведь тогда вся страна помогла «Роснефти» выплатить очередной транш по иностранному кредиту. Если же у «Роснефти» есть достаточно средств, то почему компания увиливает от выплаты повышенных дивидендов в бюджет?

Помимо финансового момента, есть риски того, что влияние Сечина увеличится, ведь что такое «приватизация 2.0»? Это новое перераспределение госсобственности. И дело даже не в том, какой собственник эффективнее – государственный или частный, а в том, у кого какой ресурс и что он дает в плане влияния. Правительство справедливо опасается дальнейшей монополизации нефтяного рынка со всеми вытекающими – ни налоги в нужном объеме не собрать, ни цены на топливо не опустить, все, получается, для «Роснефти» – и правительство, и страна.

Единственный плюс может заключаться в том, что если «Роснефть» проглотит «Башнефть», то ее 19,5% акций потом можно будет продать намного дороже, чем сейчас. Этот аргумент Сечин мог выложить на стол перед Путиным. И если президент прислушался, то почему бы «Роснефти» ради этой сделки не заявить, что она вовсе не государственная компания?

Александр Мельников

Написать комментарий

правила комментирования
  1. Не оскорблять участников общения в любой форме. Участники должны соблюдать уважительную форму общения.
  2. Не использовать в комментарии нецензурную брань или эвфемизмы, обсценную лексику и фразеологию, включая завуалированный мат, а также любое их цитирование.
  3. Не публиковать рекламные сообщения и спам; сообщения коммерческого характера; ссылки на сторонние ресурсы в рекламных целях. В ином случае комментарий может быть допущен в редакции без ссылок по тексту либо удален.
  4. Не использовать комментарии как почтовую доску объявлений для сообщений приватного характера, адресованного конкретному участнику.
  5. Не проявлять расовую, национальную и религиозную неприязнь и ненависть, в т.ч. и презрительное проявление неуважения и ненависти к любым национальным языкам, включая русский; запрещается пропагандировать терроризм, экстремизм, фашизм, наркотики и прочие темы, несовместимые с общепринятыми законами, нормами морали и приличия.
  6. Не использовать в комментарии язык, отличный от литературного русского.
  7. Не злоупотреблять использованием СПЛОШНЫХ ЗАГЛАВНЫХ букв (использованием Caps Lock).
Отправить комментарий
12.12.2016 0 0
петрова тамара:

немного разобралась в этих хитросплетениях, а приватизацию 2 кто предложил? тот же сечин или медведев? как же жить дальше? там денег нет в бюджет у нас пенсионеров денег нет на продукты!!

03.08.2016 0 0
Павел:

Выбор: либо санкции, либо конструирование прошлого

Статьи

Черные дыры экономики. Каким регионам больше всего повезло с дотациями

Черные дыры экономики. Каким регионам больше всего повезло с дотациями
Экономика

РосКриптоНадзор. Зачем России выпускать крипторубль и будут ли ими выплачивать запрлаты чиновникам

РосКриптоНадзор. Зачем России выпускать крипторубль и будут ли ими выплачивать запрлаты чиновникам
Интервью и комментарии

«Мы ищем таланты». Зачем Кремлю понадобились новые кадры

«Мы ищем таланты». Зачем Кремлю понадобились новые кадры
Политика

Рейтинги – «международная афера». Зачем министр образования пытается сократить число «передовых» университетов

Рейтинги – «международная афера». Зачем министр образования пытается сократить число «передовых» университетов
Наука и технологии 1

Узнай, страна

В поселке Покровское состоялось торжественное перезахоронение останков 119 советских бойцов

В поселке Покровское состоялось торжественное перезахоронение останков 119 советских бойцов

Орловцы поделились впечатлениями от мероприятий первого дня XIX Всемирного фестиваля молодежи

Орловцы поделились впечатлениями от мероприятий первого дня XIX Всемирного фестиваля молодежи

Новости компаний

Президент ТПП РФ Сергей Катырин на «Агропродмаше-2017» отметил рост числа российских экспортеров

Президент ТПП РФ Сергей Катырин на «Агропродмаше-2017» отметил рост числа российских экспортеров

Президент ТПП РФ Сергей Катырин: Деловое сообщество считает знаковым визит короля

Президент ТПП РФ Сергей Катырин: Деловое сообщество считает знаковым визит короля

Наши
партнеры

«Деловая Россия» — союз предпринимателей нового поколения российского бизнеса
«Терралайф» - рекламное агентство полного цикла
Dawai - Австрия на русском: новости, туризм, недвижимость, объявления, афиша
МЭЛТОР - мастер электронных торгов
Капитал страны
ВКонтакте