Капитал страны
Капитал Страны
ENGLISH
20 ЯНВ, 14:37 МСК
USD (ЦБ)    56,5892
EUR (ЦБ)    69,3953
Подпишись на рассылку КС
ИЗМИР

Собиратель камней

18 Июля 2012 5836 0 Интервью и комментарии
Собиратель камней

И в наше прозаичное время все-таки встречаются оригинальные, творческие личности. Среди них достойное место занимает композитор Алемдар Сабитович Караманов. Несмотря на его достижения и, в частности, выдающуюся ораторию «Херсонес», об этом человеке мало, что известно. Отчасти этот пробел заполняет интервью с лично знавшим его гелиомехаником Владимиром Нарманским.

«…Ты будешь доволен собой и женой,

Своей конституцией куцой.

А вот у поэта – всемирный запой,

И мало ему конституций!

 

Пускай я умру под забором, как пес,

Пусть жизнь меня в землю втоптала, -

Я верю: то Бог меня снегом занес,

То вьюга меня целовала!»

А. Блок, «Поэты».

 

Гении, как звёзды, всегда притягивают к себе других. Случается так, что сами эти звёзды часто остаются в гордом одиночестве. А.С.Караманов стал исключением из этого правила. В общем-то, справедливого, хотя и сурового. У него было много друзей. По крайней мере, сейчас так говорят, вкладывая в это явление особый смысл, отдающий коллективизмом, то есть прошлым. Но надо признать однозначно, друзья у Алемдара Сабитовича всё-таки были. Один из них – исследователь НИП «Гелиоритм» Владимир Нарманский, который был с гениальным композитором до последнего его дня.

С Владимиром Нарманским беседует писатель Александр Кулик.


Александр Кулик: Когда уходят великие люди, всегда находятся те, кто пытается примазаться к славе ушедших. Такова жизнь. Так было, есть и будет. Но вы, Владимир Яковлевич, не из тех, кто на каждом перекрёстке пытается сейчас кичиться своей дружбой с Карамановым. А, между тем, известно, что именно вы привезли священника в последний день пребывания Алемдара Сабитовича на нашей бренной земле, чтобы исповедать уходящего. Так ли это было?

Владимир Нарманский: Да, это было именно так. Вечером, 3 мая, мне позвонила его дочь Кристина, которая его очень любила; о ней Алемдар когда-то мне сказал: «Ты думаешь, самое ценное, что я оставлю после себя, это симфонии? Нет, это моя дочь, действительно – это чудо!». Женщин с такой внутренней красотой можно встретить только в романах Достоевского. По телефону Кристина сказала: «Папа срочно хочет вас видеть, он хочет сказать что-то очень важное, приезжайте». Я знал, что он лежит в реанимации 6-й больницы в Симферополе, где уже навещал его. По приезде я нашел его обессиленным, но удивительно спокойным – он сказал мне на ухо, чтобы не слышала Кристина: «Владимир – это конец, мне нужен православный священник…».

Созвонившись со знакомым священником, отцом Игорем, я привез его к постели умирающего Алемдара. Около него в последние минуты жизни находилась только Кристина. Алемдар был очень слаб, но пытался шутить. Пока отец Игорь готовился к выполнению обряда, мы с Алемдаром разговаривали: «Владимир, сейчас бы рюмку коньячку, закурить и поговорить, как прежде». «После выхода из больницы мы обязательно это сделаем», – несмотря на его состояние, в глубине души у меня теплилась надежда, что он поправится. Но что поделать, на все воля Божья, для меня эта утрата была действительно очень тяжелой.

А.К.: Я так понимаю, что отец Игорь – это православный священник? Разве Караманов, в жилах которого текла турецкая кровь, был христианином?

В.Н.: Да, он был православным христианином. В детстве он был крещен в православном Храме и до конца дней был православным, причём очень верующим человеком. Он знал Библию практически наизусть. Много размышлял о Боге, о библейских сюжетах. Отсюда, видимо, особый период в его творчестве, когда он работал над циклом духовной музыки. Спекуляции по поводу его принадлежности к католической церкви я услышал сразу после его смерти, при этом ссылались на ораторию «Месса Херсонесу». Я с уважением отношусь к любой концессии, но тот факт, что он обратился именно к Православию за несколько часов до смерти, не оставляет места для дискуссии на эту тему. Скромно или не скромно такое высказывание, но к пониманию духа Православия мы много лет шли рядом.

А.К.: Когда вы познакомились с Карамановым, он был уже верующим человеком? Кстати, когда произошло это знакомство? Каково было ваше первое впечатление о Караманове?

В.Н.: Я помню, нас познакомил Борис Владимирский где-то в самом конце 80-х годов прошлого века. Сейчас вспоминаю, что Караманов был в то время в очень тяжелом материальном положении. Одет он был бедно, обувь скверная. Осталось в памяти, что в день нашего знакомства Караманов выглядел подавленным. Эта первая встреча произошла у меня в холостяцком  доме и большого впечатления на меня он не произвел. Гости принесли бутылку крымского портвейна, и мы ее выпили за знакомство. Значительно позже я понял, что это знакомство в определенном смысле было знаковым событием в моей жизни. Но, признаюсь, тогда всё выглядело очень и очень буднично. К классической музыке я относился равнодушно (на концерте обязательно засыпал). Скажу откровенно, в то время, к моему стыду, я не знал, что рядом живет и работает великий композитор.

А.К.: Говорят, Алемдар Сабитович любил выпить?

В.Н.: Ну, разве это главное?! Как сказал А.Блок в стихотворении «Поэты»: «Читатель и друг! Ты думаешь, что может быть хуже твоих ежедневных бессильных потуг, твоей обывательской лужи?» Подобных примеров можно приводить много. Пушкин любил вино, водился такой грех и за самим Блоком… Творческих людей с тонкой душевной организацией судить с точки зрения нас, обывателей, просто не допустимо! У них всегда «горе от ума», им очень больно видеть равнодушие действительности и они понимают свое бессилие перед ней. Эпиграфом к этому интервью я бы полностью привел стихотворение А.Блока «Поэты», оно написано о нем; Алемдар по состоянию души был поэтом. Он очень любил компанию друзей, чего грех таить, любил и женщин. Он очень тонко ценил собеседника и если чувствовал духовное родство, раскрывался полностью, без остатка. А вино, это просто прелюдия, повод. В жизни любого человека, а тем более творческого, случаются ситуации, когда хочется напиться, и разве у вас, писателей, такого не бывает? И, в конце концов, если бы Караманов беспросыпно пил, он не создал бы того, что послужило для Альфреда Шнитке основанием сказать, что Караманов – гений.

У Караманова была очень нелегкая жизнь. С первой женой он расстался где-то в 60-е годы, затем была вторая жена, третья… Все эти разрывы просто так не проходят. Но я бы не сказал, что он заливал своё горе вином. При его трудном, я бы сказал, нищенском материальном положении, он находил в себе силы творить, быть жизнерадостным, интересоваться живописью, наукой, театром. Как-то мы остановились у театральной афиши, на которой не было ни одной классической постановки, какие-то новые пьесы, из названий которых «торчали уши» похоти, секса. Он обратил внимание на это и заговорил о значении искусства, что в последнее время оно измельчало и уже не воспитывает, а развращает. Он был всесторонне одарённым человеком, впрочем, все гении всесторонне одарены. Алемдар, например, хорошо знал творчество Достоевского, Пушкина. Причём многие произведения Пушкина он знал наизусть.

Алемдар рассказывал, что к Богу он пришел в молодые годы, когда жил в Подмосковье, в Троицке, там он жил рядом со Свято-Троицкой Сергиевой лаврой. В 60-е годы отношение к вере у него стало очень серьёзным. Тогда в Москве у него возникли большие проблемы в Союзе композиторов СССР, где его не только не поняли, но и постарались подальше задвинуть. Никто не взял во внимание, что он к тому времени написал массу произведений, в том числе «Лунное море», а так же музыку к знаменитому фильму «Обыкновенный фашизм» Михаила Роома. За одну только эту музыку ему смело можно было дать Государственную премию. Но не дали. Причина – его духовная музыка, которую материалисты и атеисты, естественно, понимать не хотели. Вот с этим «багажом» Караманов и приехал на родину, в Крым. Здесь он продолжает работать, причём Библия, трансформированная в его сознании, рождала всё новые и новые симфонии…

А.К.: Как работал Караманов? Как он сочинял музыку?  У него ведь не было даже кабинета.

В.Н.: Уникальность Караманова ещё и в том, что он сочинял, как правило, на ногах, то есть не за инструментом. Конечно, я не могу утверждать, что это было правилом, но был свидетелем, когда именно после загородных прогулок в окрестные лес и степь, он дома садился за фортепиано. У него даже не было своего рояля, о казенное, но очень приличное фортепиано, взятое им как бы напрокат в музыкальном училище. Я хорошо помню вечера, когда мы с друзьями собирались у него. Говорили о каких-то заоблачных, космических вещах. Он играл свои знаменитые фантазии, которые генерировал тут же, за инструментом, и их, к сожалению, никто не записывал. На этом фортепиано Алемдар написал большую часть своих произведений, музыки к фильмам, симфоний и не только. Балет «Блистающий мир», который с успехом шел по всей нашей тогда необъятной стране, впервые был поставлен на сцене нашего Украинского музыкального театра, где с большим вниманием к Алемдару и его произведениям отнёсся Николай Антоненко. Да, этот инструмент знает очень многое, но, к большому сожалению, сегодня он молчит. Все в прошлом и горько думать, что этого нельзя вернуть хотя бы на один вечер.

А.К.: Итак, вы познакомились. Какие были интересные моменты в ваших отношениях дальше? Говорят, вы оказывали ему помощь?

В.Н.: Было видно невооруженным глазом, что Караманов живет бедно. Он писал музыку к фильмам, естественно, у него в России наверняка были какие-то гонорары. Я не знаю. Это ведь был период развала Союза, трудное для всех время. Возможно, из России Караманову не доходили деньги. Друзья, и не только я, конечно, каждый по своим возможностям, ему помогали.

А.К.: Скажите, а какой он был в быту, в обыкновенной жизни?

В.Н.: Он был абсолютно равнодушным к своему быту, но в жизни Алемдар знал себе цену и скромностью в самооценках не отличался. Он говорил, что является непревзойденным симфонистом. Даже кощунствовал, говоря, что в начале Сотворения мира было не «слово», а музыка. А ещё он был в хорошем смысле большой чудак, вернее, большой ребенок – фантазер.

А.К.: Например?

В.Н.: Он, скажем, собирал камни как космические раритеты. Однажды, когда мы с ним прогуливались за городом, он вдруг поднял с земли камень, погладил его и сказал: «Посмотри, какой он тёплый». Я взял камень в руку. Камень как камень, ничего особенного, таких камней вокруг были десятки. И никакой особой теплоты я не почувствовал. Просто тяжелый камень, килограммов на пять потянет. «Эх ты!» – осуждающе вздохнул Караманов, и мы пошли дальше. В квартире Алемдара было много таких камней, которые заполняли все свободное пространство. «Они помогают мне работать, – пояснил Алемдар. – Камни отдают мне свою энергию, благодаря которой я творю…»

С этими камнями было непросто. Один крупный камень он даже пытался потащить с собой в Англию, где были запланированы его концерты. Слава Богу, мне в последний момент в Киеве удалось со скандалом забрать этот камень, иначе не знаю, чем бы всё это кончилось в аэропорту.

А.К.: У него было определённое отношение к Космосу?

В.Н.: Да, именное своё, определённое, я даже сейчас до конца не понимаю истинного его отношения к Космосу, это был одному ему понятный космизм. Алемдара интересовала астрономия, астрофизика. У него были свои идеи, как он говорил, «гипотэзы». Он мог часами размышлять вслух, что такое «чёрные дыры», «тёмные материи», «нейтронные звёзды»… Он сам говорил: «Я – человек космоса». Не зря сейчас многие музыковеды говорят, что музыка Караманова космическая.

Сам же он мог абсолютно серьёзно сказать, что музыка его – божественная и сравнить себя с богом в музыке, в чем потом искренне раскаялся. В этом проявлялись его сущность, его характер и планка в творчестве, которую он ставил бесконечно высоко.

А.К.: Караманов написал на ваши стихи несколько романсов?

В.Н.: Да, я подобрал к своим стихам нехитрые мелодии и под гитару их напевал. На одной из посиделок Алемдар предложил: «Давай, я напишу на твои стихи музыку». И написал. Мне романсы не понравились, это было совсем иное музыкальное прочтение, которое мне было не понятно, и я ему сказал об этом честно. Он не обиделся. «Давай, – говорит, – я напишу так, как ты поешь». И написал. Так и родились романсы, которые и сейчас исполняются в двух вариантах. Мы ведь с ним не только романсы писали. Мы сделали «Херсонес», над которым работали год или полтора. Это была чрезвычайно интересная работа. В то время, я уже хорошо понимал величину Караманова-композитора и, трезво оценивая свои возможности в поэзии, тянулся за Алемдаром, который был похож на мощный локомотив. Это был очень интересный период в моей жизни. Какая у него музыка! Для этой музыки нужна была и соответствующая поэзия. Недавно прослушал запись «Херсонеса». Самооценка, конечно, штука сложная, но мне кажется, что Алемдара своей поэзией я не подвел.

А.К.: Так все-таки, «Месса Херсонесу» или «Херсонес».

В.Н.: Мы понимали, что «месса» – это католицизм. В тот период у Караманова была некая тяга к католической церкви. Видите ли, в конце 80-х, начале 90-х, при развале СССР, все бросились зарабатывать деньги. Могу ответить однозначно, что в основе его метаний был протест против засилья бизнеса в нашей церкви. Подобное в нашем Православии бывало и раньше. Можно привести пример подобных метаний у выдающегося русского философа – Владимира  Соловьева. Но, как правило, у всех это было временно, мимолетно, и, в конце концов, эти люди искренне раскаивались перед смертью. Конечно, в современном православии очень много проблем создается балластом, который и раньше был среди служителей. Сейчас это хорошо видно по коммерциализации наших храмов, которые превратились в магазины. Именно это отталкивает прихожан. А что первым делом сделал Господь, войдя в Иерусалимский храм? Он выгнал торговцев! И сейчас их нужно выгнать и все наладится. Самое главное, что есть у нас в Православии Господь, а у католиков Его место занял грешный человек – папа.

Вот и Алемдар, будучи прихожанином церкви всех Святых на Старом симферопольском кладбище, обращал внимание на всякие мелочи недобросовестных служителей. Он с горечью говорил, что священники, к его большому сожалению, стремятся к обогащению, к деньгам, а вера у них стоит на втором плане. По этим причинам он обратил внимание на внешнюю сторону католической церкви, которая выглядит очень привлекательно... Но такое легкомысленное отношение к Православию у него было временным.

Во время работы над «Мессой Херсонесу», которая была сделана, по его предложению, как мистерия, ни он, ни я, по легкомыслию и недопониманию, не делили христианскую церковь на конфессии. А название «месса» – это моя вина, я соблазнился созвучием слов «месса Херсонесу». По прошествию многих лет, 19 января 2004 года (есть запись в партитуре), мы решили, что католическая «месса» и колыбель православия на Руси – «Херсонес», это ярко выраженные противоположности. И в оригинале партитуры, которая хранится у меня, Алемдар своей рукой написал –  оратория «Херсонес». При этом я внес единственное изменение в первую строку текста. В первом варианте это звучало – «Останови торжественная месса». Во втором и окончательном варианте это звучит как обращение к Богородице от всей нашей многострадальной Руси: «Останови Небесная Принцесса».

В заключении скажу – не важно, какими мы приходим в этот мир, а важно, какими из него уходим, и что после себя оставляем. Я уверен, что Караманов оставил ценности, которые будут жить вечно.

Редакция

Написать комментарий

правила комментирования
  1. Не оскорблять участников общения в любой форме. Участники должны соблюдать уважительную форму общения.
  2. Не использовать в комментарии нецензурную брань или эвфемизмы, обсценную лексику и фразеологию, включая завуалированный мат, а также любое их цитирование.
  3. Не публиковать рекламные сообщения и спам; сообщения коммерческого характера; ссылки на сторонние ресурсы в рекламных целях. В ином случае комментарий может быть допущен в редакции без ссылок по тексту либо удален.
  4. Не использовать комментарии как почтовую доску объявлений для сообщений приватного характера, адресованного конкретному участнику.
  5. Не проявлять расовую, национальную и религиозную неприязнь и ненависть, в т.ч. и презрительное проявление неуважения и ненависти к любым национальным языкам, включая русский; запрещается пропагандировать терроризм, экстремизм, фашизм, наркотики и прочие темы, несовместимые с общепринятыми законами, нормами морали и приличия.
  6. Не использовать в комментарии язык, отличный от литературного русского.
  7. Не злоупотреблять использованием СПЛОШНЫХ ЗАГЛАВНЫХ букв (использованием Caps Lock).
Отправить комментарий

Статьи

Украина, Сирия, далее везде. Зачем России легализация частных армий

Украина, Сирия, далее везде. Зачем России легализация частных армий
Политика 1

Из России деньги не берут. Как Telergam создает конкурента Visa и MasterCard

Из России деньги не берут. Как Telergam создает конкурента Visa и MasterCard
События и факты

«Шальных денег, кроме бюджета, нет». О чем спорили участники Гайдаровского форума

«Шальных денег, кроме бюджета, нет». О чем спорили участники Гайдаровского форума
События и факты 1

Подложили свинью. Чем России грозит «свиной спор» с ВТО?

Подложили свинью. Чем России грозит «свиной спор» с ВТО?
Экономика

Узнай, страна

На государственную поддержку бизнеса в Курской области в 2017 году было направлено 130 млн рублей

На государственную поддержку бизнеса в Курской области в 2017 году  было направлено 130 млн рублей

В поселке Солнцево возводят новый детский сад

В поселке Солнцево возводят новый детский сад

Новости компаний

На Ильинке, 6 традиционно отметили Рождество

На Ильинке, 6 традиционно отметили Рождество

Вице-президент ТПП РФ Максим Фатеев: Экспертная группа по криптовалютам – это ответственный шаг

 Вице-президент ТПП РФ Максим Фатеев: Экспертная группа по  криптовалютам – это ответственный шаг

Новости СМИ

Наши
партнеры

«Деловая Россия» — союз предпринимателей нового поколения российского бизнеса
«Терралайф» - рекламное агентство полного цикла
Dawai - Австрия на русском: новости, туризм, недвижимость, объявления, афиша
МЭЛТОР - мастер электронных торгов
Капитал страны
ВКонтакте Нашли ошибку на сайте? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter